Электронная книга - «Лайф не в Кайф». Краткое содержание книги:
Во вторую нашу встречу он вывел меня из себя.
В третью – спас меня и заставил влюбиться.
Когда же мы виделись в последний раз, я оскорбила его. А он навсегда удалился из моей жизни.
И вот теперь я вижу его снова. Под руку с будущей женой отца.
Для меня ничего не изменилось, я все так же влюблена. А мой новоиспеченный сводный брат все так же меня ненавидит…
Я отмахнулась от ужасной мысли, не желая, чтобы она поколебала мою решимость и, дежурно постучав, вошла внутрь.
- Марсель, нам надо поговорить.
Но никто мне не ответил, как никто и не услышал - вилла номер триста восемнадцать была пуста. Разозлившись на свое нерезультативное вторжение, я с чисто Адельштайновским упрямством уселась в кресло у раздвижных дверей и решила дождаться Марселя, но так и заснула. До утра ни он, ни та дама в номере не появились.
Разбуженная взошедшим солнцем, я вновь вошла в спальню, в которой, как и у нас, стояла не кровать королевского размера, как должно быть по закону жанра у любовников, а две обычные двуспальные. Но, наверное, та женщина могла жить отдельно. Развивать мысль в этом направлении я себе запретила, а потом и вовсе о ней забыла, потому что в приоткрытую дверь гардеробной увидела, что она пуста. Распахнув дверь шире, я в этом убедилась и надолго замерла на месте, пытаясь понять, что это может значить. Мысли отказывались формироваться в законченные идеи, растекаясь и рассредоточиваясь, я не могла ухватиться ни за одну из них. Пока, наконец, до меня не дошло - он уехал!
Мозг едва успел зафиксировать эту очевидную вещь, а я уже бежала в сторону ресепшн и пристала к портье с вопросом, как давно освободил номер и жил ли один жилец с виллы триста восемнадцать. Но даже за неумело предложенную взятку мне отказались давать любую личную информацию о постояльце. Даже о времени выезда.
- Что я наделала, Даш? Я без него не выживу, - жаловалась я подруге по возвращении в свой номер.
- Да кончай убиваться, Агата! - возмущенная моим нытьем, взывала к моему разуму Любимова. - Ну уехал и уехал - скатертью дорога. Ты же видела его мадам. Неужели готова взять и простить?
- Готова, - еле слышно шептала я, стыдясь открыто признаться в своей слабости и стремясь прикрыть ее слабыми попытками оправдать Марселя: - Может, она не любовница ему…
- Аха, - язвительно перебила Дашка, - а кто? Мать, очень старшая сестра? Ты же видела, как она к нему липла? Повисла, будто виноградная гроздь.
- Да, - нехотя согласилась я, - парни вроде него с матерями на курорт не ездят.
- Вот именно! Все, вытирай сопли, пойдем со мной к макаронникам. Мы с Джакомо и Антонио договорились сегодня…
- Я домой хочу, - заявила я вдруг, неожиданно даже для себя.
- В смысле домой?
- Просто домой, - повторила увереннее, убеждаясь, что это именно то, что мне нужно.
- Через три дня же нам домой…
- Я хочу сейчас. Не могу здесь больше находиться, - для пущей убедительности я поднялась с банкетки, на которой сидела. - Или ты летишь со мной, или я лечу одна.
Голос прозвучал ультимативно. Но по сути, это ультиматум и был. Хоть и была настроена решительно, все же я знала, что если Дарья наотрез откажется ехать, я не уеду без нее. Хотя бы потому, что именно я ее сюда притащила. И не могу теперь бросить.
Несколько секунд поизучав мое лицо, она молча достала из встроенного шкафа с плетеными дверями чемодан, а я, незаметно вздохнув, позвонила на ресепшн и попросила поменять нам билеты на ближайший рейс до Москвы, с любыми пересадками. Собирались мы в полной тишине и до посадки в самолет не сказали друг другу ни слова.
Теперь же она меня утешает.
- Агат, но если это была его мать, почему он просто не сказал тебе этого? Если бы хотел, он мог влегкую доказать, что ты сделала неверный вывод, и всё бы разрешилось на месте. Но он предпочел промолчать и позволить тебе думать о себе плохо.
- Не только думать, - вставляю я, шмыгая носом.
- Тем более. Чем выслушивать беспочвенные обвинения в таком постыдном для любого мужика занятии, не проще ли сказать правду?
- Не захотел оправдываться? - предполагаю я.
Она присаживается рядом.
- Ну ты же понимаешь, любимка, что если не захотел, значит, ему было неважно, ни что ты думаешь, ни что вы больше не увидитесь. Ты была ему не важна. Понимаешь?
Сил моих хватает только на то, чтобы кивнуть. Но это не спасает меня, и я начинаю плакать, хотя думала, что давно выплакала всю имевшуюся во мне жидкость, что рыдать мне попросту нечем. Но я ошибалась. Как и всегда.
Глава 16
Стою перед огромной шестипалубной - так сказал папа, хотя сама я глазами могу насчитать только пять - яхтой, но не решаюсь сделать последние шаги и вступить на ее короткий выдвижной трап.
Порывы сильного морского ветра разметают мои распущенные волосы и подол легкого платья, мне приходится держать его руками. Я знаю, что мне нужно лишь сделать этот последний шаг, и я смогу укрыться от пронизывающего ветра на палубе, но боюсь. Боюсь отчаянно и панически. Боюсь, не зная, что ждет меня в этой двухнедельной поездке в ограниченном пространстве, в котором будем заперты и я, и Марсель.