Eroge LV3: Маленькие сиськи тоже хороши

— Т-тогда… тогда я бы очень этого хотела… быть твоей девушкой… — в ее голосе чувствуется обреченность, будто она уже смирилась со своей судьбой, ну что за милашка? Как я могу бросить красотку с таким роскошным телом? О, нет, я еще не раз буду им наслаждаться!

Пока мои пальцы и губы играли с ее клитором и сосками, ее тело дрожало, а голос издавал лишь хриплые приглушенные стоны, она закусила губу, чтобы сильно не шуметь, это так мило, но не думаю, что она долго сможет сдерживаться и изображать приличие. И я был прав, вскоре ее стоны стали такими, будто она задыхается. Она стонала и дышала часто и быстро, так что это начинало напоминать плач или всхлипы, у нее и в самом деле по щекам побежали слезы, но это были слезы радости, похоже, ей впервые так хорошо. Она же вроде больше по женщинам? Странно, неужели ей попадались сплошь неумехи, не способные как следует поработать языком? А может в сексе обычно именно она брала на себя ведущую роль и впервые она в той роли, когда от нее ничего не зависит? Если так, то ей пора к подобному привыкать.

Ее влагалище издает влажные звуки, особенно когда его касаются мои пальцы или язык, она пытается вырваться, но я быстро хватаю ее за запястья и прижимаю к кровати в мед-кабинете. Хотя все это не более, чем притворство. Физически она намного сильнее, и если бы хотела — то легко бы меня скинула. Так что у нас тут странная и глупая брачная игра. Она делает вид, что не хочет, и пытается уйти, я делаю вид, будто могу ей помешать и перехватываю инициативу. Хотя подобное «доминирование» меня и возбуждает, признаю, хотелось бы, чтобы Шинген более открыто относилась к своим желаниям. По ее щекам бегут слезы, хотя на лице похотливая искривленная улыбка, она то и дело пытается сопротивляться, но едва я начинал стимулировать ее слабые места, как она внезапно ослабевала, и переставала бороться. Это заводит, как я уже ранее упоминал, но правда, почему она просто честно, не может признаться в своих чувствах? У нее такое впервые и очевидно, что девушка в предвкушении, но есть и небольшой страх.

Устав ждать, и чувствуя, будто мой член вот-вот лопнет от прилива крови, я уселся ей на колени, демонстрируя змея, и у нее расширились от ужаса глаза:

— Ты хочешь тыкнуть в меня такой огромной штукой? Разве он не был меньше?

— Был… кровь приливает в него постепенно… если такая огромная змеюка резко встанет, от моего мозга разом отольет столько крови, что я точно в обморок упаду… и знаешь, такой стояк это немного… больно… его словно сжимает с боков и особенно с головки, так что мне срочно надо разрядить заряд и сбросить давление… вот… извини, что так много подробностей, если говорить кратко и, по сути — мне просто жизненно необходимо его вставить… и то, что ты такая горячая и сексуальная, делу совершенно не помогает.