Жена винодела [litres][The Winemaker's Wife]

Куда могли подеваться Эдит с Эдуаром? Утро среды – горячее время, вот-вот придут первые посетители. Может быть, супруги отправились на конспиративную встречу и сейчас передают информацию какому-нибудь таинственному связному вроде того призрака, на которого Инес случайно натолкнулась в погребах «Мезон-Шово»? Мысль о нем все больше раздражала Инес. У всех вокруг – важные секреты, и лишь она плывет по течению жизни, никак не влияя на судьбы мира!

Возможно, удастся уговорить Эдит взять к подпольщикам и ее. Она делом докажет свою надежность, и Мишель увидит: она заслуживает уважения.

Но чем дольше Инес бродила по улицам Реймса, низко опустив голову, чтобы не встречаться глазами с проходящими мимо немецкими солдатами, тем сильнее она мерзла и тем более одиноко себя чувствовала. Когда она в шестой раз подошла к брассери «Мулен» и дверь наконец оказалась открыта, Инес угрюмо вошла внутрь и, увидев Эдит, тотчас бросилась к барной стойке:

– Где ты была?

Протиравшая бокалы Эдит подняла глаза:

– Инес? Что ты здесь делаешь?

– Приехала повидаться с тобой. Я весь день в Реймсе, Эдит, но вас обоих не было.

– Да, верно, нам с Эдуаром понадобилось отлучиться. – Эдит отвела взгляд. – Я не знала, что ты к нам собираешься. – Она чуть улыбнулась. – Как дела?

Инес почувствовала, как напряжение отпускает ее плечи.

– А где вы были?

– У друзей, – Эдит подмигнула.

– А у кого именно? – Инес и сама не понимала, зачем так настаивает, – вряд ли она знала всех друзей Эдит. От этой мысли ей сделалось грустно: жизнь и тут течет своим чередом без нее.

– Ты их не знаешь. – Эдит помедлила, затем вышла из-за стойки и взяла руки Инес в свои. – Дорогая, да на тебе лица нет! Может быть, поднимешься в квартиру, приляжешь?

Инес покачала головой:

– А я не смогу сегодня вечером помочь вам в ресторане?

Эдит через плечо показала глазами в зал, где бармен перетирал стаканы, трое официантов стояли без дела, болтая друг с другом, и лишь за столиком в углу сидели два немца и увлеченно беседовали.

– Нет, Инес, не надо, у нас народу более чем достаточно.

– А они, – Инес кивнула в сторону официантов, – тоже участвуют? Слушают разговоры?

Глаза Эдит округлились и вспыхнули, она тут же выпустила руки Инес и прошептала:

– Инес, я вообще не понимаю, что ты имеешь в виду.

– Понимаешь.

Когда Эдит заговорила снова, ее тон был ледяным:

– Осторожно, подруга.

Инес закрыла глаза. Нет, она представляла себе это все совершенно иначе.

– Прости, Эдит, я не хотела… – Она остановилась и сделала глубокий вдох. – Ты нужна мне, Эдит. Как я ни стараюсь, ничего не помогает. От меня «Мезон-Шово» никакой пользы, и Мишель стал меня презирать.

– Не может такого быть. – Эдит стрельнула глазами в сторону немцев за столиком в углу и продолжила, обращаясь к Инес: – Ты любовь всей его жизни.

– Ты давно его не видела. Все переменилось.

– Жалко, что ты так это воспринимаешь. Но боюсь, тут я вряд ли чем-то смогу тебе помочь.