Дихронавты
- Автор: Иган Грег
- Язык: русский
- Переводчик: Voyual
- Жанр: Космическая фантастика
Электронная книга - «Дихронавты». Краткое содержание книги:
Сэт – топограф на пару с Тео – похожим на пиявку существом, которое живет у него в голове и помогает видеть то, что находится слева и справа. Тео, в свою очередь, полагается на Сэта в плане передвижения, а также переднего и заднего зрения. Как и все обитатели их мира, они представляют собой пару симбионтов, которые зависят друг от друга в вопросах выживания.
Во вселенной, где находится мир Сэта, свет не может распространяться в произвольном направлении: направления на север и восток заняты «темновым конусом». Сэт может смотреть только на восток (а если запрокинет голову, то еще и на запад), а при попытке повернуться к северу или югу его тело начинает растягиваться. Повернуться лицом на северо-восток – задача настолько же невозможная, как разгон до скорости света.
Живые существа, населяющие мир Сэта, пребывают в состоянии непрекращающейся миграции, которая следует за смещающейся орбитой Солнца и созданной им узкой обитаемой зоной. Города постоянно демонтируют с одной стороны и воссоздают с другой, а топографы тем временем составляют карты будущих безопасных маршрутов.
Вступив в ряды экспедиции к границам обитаемой зоны, Сэт и Тео сталкиваются с леденящей душу угрозой – разломом на поверхности их мира, настолько широким, что никому не под силу даже оценить его размеры. Обитаемая зона тем временем продолжает смещаться, и вскоре миграция будет остановлена непреодолимой пропастью. Чтобы спасти свой город, участникам экспедиции остается лишь одно – погрузиться в пучины неизвестности.
С самого моста Сэт пытался оправдать свое нежелание задумываться над немотой местных поперечников. Теперь же мысль о том, что они просто стали более молчаливыми и послушными, нежели их собратья из других городов, казалась ему настолько глупой, что Сэту стало стыдно: как можно было рассматривать эту идею всерьез – пусть даже на мгновение, даже в качестве временной замены той правды, с которой ему было некогда разбираться? Если поперечники молчат круглыми сутками, то какова вероятность, что они освоят хотя бы язык ходоков? И если они с самого младенчества воспитывались в изоляции от любого языка, то насколько недоразвитыми должны быть в умственном плане?
– Есть шанс, что они пользуются внутренней речью?
– Любимая издевка охранников звучала так: «Как можно выносить болтовню этих паразитов у себя в голове?» – ответил Тео.
Экспедиция отправилась на северо-восток. Сэт чувствовал себя так, будто его с головы до ног избили дубиной, но он все еще мог переставлять ноги, шагая по мягкой, ровной земле, и каждый раз, когда его начинала одолевать усталость, напоминал себе о том, как сильно им повезло. Они выжили, и снова были вместе. Им удалось отыскать реку, которая могла без проблем обеспечить водой Бахарабад – а, возможно, и все пять городов по берегам умирающей Зироны – и теперь группа направлялась домой с наилучшей из возможных новостей.
Наилучшей, если не считать одного но.
– Следующей команде потребуется приличная охрана, – заметил он. – Даже если мы начнем строительство ниже по течению от Тантона и не станем посягать на их поток, они вряд ли согласятся заключить мир – разве что на нашей стороне будет численное преимущество.
– Если они выступят против нас – тем лучше, – сказала Амина. – Тогда у нас будет повод их поработить.
– Ты хочешь войны? – с ужасом спросила Сара.
– Я хочу, чтобы Тантону пришел конец, – без зазрения совести заявила Амина. – Такое обращение с поперечниками недопустимо. Этого уже достаточно, чтобы на них напасть – к чему бы ни привело наше соперничество за доступ к реке.
– Разве они не станут цивилизованнее, когда рядом окажется Бахарабад? – возразил Сэт.
Амина выдала издевательский смешок. – По-твоему, дело в одной лишь изоляции? Они так долго блуждали по пустыне, что сбились с пути?
– А как еще это описать? – резко спросила Сара. – Свои ценности мы перенимаем от окружающих людей. Тантон так долго находился в одиночестве, что попросту спятил.
– Ты говоришь о тысячах людей, а не о каком-то загадочном культе из нескольких десятков приверженцев, – заметил Азиз. Те, кто первыми придумали травить своих поперечников, судя по всему, не поменяли своего мнения из-за одного только давления большинства.
Сэт уже начал жалеть, что вообще затронул эту тему. Скользнув взглядом по песку, он посмотрел вперед, пытаясь представить момент, когда они смогут вновь разбить лагерь, а ему, наконец-то, удастся поспать.
Тео воспользовался этим моментом, чтобы присоединиться к дискуссии в своей фирменной провокационной манере. – Если эта идея разошлась по всему Тантону, кто готов поручиться за то, что ее не подхватят в Бахарабаде?
– Я, – сердито ответила Сара. – Мы не такие, как жители Тантона!
– Хочешь сказать, у нас нет доступа к тому же самому яду? – вмешалась Джудит.
– Дождевики растут по всему городу, – парировала Сара. – Ты хоть раз слышала о человеке, который употреблял их, чтобы причинить вред своему поперечнику? Хоть однажды?
– Вряд ли это один и тот же вид, – возразил Азиз. – А даже если и так, результат может зависеть от способа переработки или точной дозы. Может быть, это просто другое растение, или у Тантона просто есть знания, как им пользоваться, однако факт остается фактом: ни один житель Бахарабада не располагал средствами для подобного обращения с поперечниками. Но отсутствие возможности еще не означает, что никто этого не хотел.
Сэт подумал о Елене, связавшей Ирину в надежде заглушить ее голос. А что случится, если толпа, преследующая предполагаемого сноходца, перейдет от предполагаемой проверки больного к предполагаемому же лекарству?
– Нам нужно быть сильнее Тантона, – тихо произнес Амир. – Нужно проглотить эту проблему целиком и выплюнуть яд, не поддавшись их отраве.
После всеобщего молчания Джудит, наконец, сказала:
– Ты прав, но одного желания для этого мало.
Сэт боялся, что проблема с Тантоном не даст ему уснуть, но забылся сразу же, как только лег на землю, и уже не шевелился, пока его не растолкал Амир, и Сэт, открыв глаза, увидел, что сейчас середина утра. Тео, протестуя, проснулся следом за ним. – Нам задолжали две ночи и день.