Бугай. Инфильтратор

Машин на стоянке было много. Их бросали с вещами, видимо, мертвецы следовали за людьми по пятам. У входа в диспетчерскую видны следы боя, ржавое оружие и кости, рваные элементы экипировки, выбитые стёкла и пробоины от пуль в стенах.

— Скорее всего, стрелять начали, когда стало понятно, что на самолётах на всех мест не хватит, — заключил Колос. — Кстати, что за «открытие Путей»? Я ничего не трогаю, как ты и говорил, Бугай, но просто интересно.

— Чтобы стать одним из нас нужно будет выбрать «Путь: Инфильтрационный», — ответил Бугай. — После этого произойдёт преобразование организма. Есть альтернативы в виде «Путь: Агрессивный» и «Путь: Небесный». В первом случае произойдёт эволюция в застрельщика, который выращивает метательные шипы в собственном теле, выглядит это неприятно, а во втором, как я понимаю, отрастут крылья и появится способность летать.

— Может, «Путь: Небесный» выбрать? — спросил Татарин. — С детства мечтал летать.

— Как знаешь, — пожал плечами Бугай.

— А ну его нахуй, — покачал головой Татарин. — Лучше по старинке...

В качестве транспорта выбрали тяжёлый инкассаторский грузовик. Зеро реанимировал его с применением, как выразился Колос, говна и палок, топливо и аккумулятор у них были с собой.

Завели уже давно стоящую тут машину, вывалили пожитки былых пользователей, в основном всякая ерунда вроде мешков с деньгами, драгоценностей из ювелирного магазина и каких-то дорогих и старых картин.

— Это же Суриков, «Утро стрелецкой казни»! — удивлённо воскликнула Юлия. — А это «Девочка с персиками»!

— Репродукции, поди, — пренебрежительно махнул рукой Татарин.

— Вообще-то нет... — Юлия перевернула картину «Утро стрелецкой казни». — Вот здесь шильдик с указанием инвентарного номера, Третьяковская галерея, № 775.

— Это, получается, мы нашли грузовик каких-то мародёров? — Колос внимательнее посмотрел на картины. — Тут же картин просто дохуя!

— Прошу не выражаться при даме, — попросил его Зеро.

— Леди Фловерс, полагаю, не выдержала манер этого деревенщины, — появилась леди Ларкин. — Мистер Бугай, джентльмену не пристало терпеть подобных выходок.

— Да, с этого момента выбирайте выражения, — твёрдым взглядом посмотрел Бугай на Колоса и Татарина.

— Всё, понял, командир, — кивнул Татарин.

— Больше не повторится, — вторил ему Колос.

Юлия, не придавшая произошедшему особо значения, продолжила разбирать картины.

— Вот этот портрет девочки будет хорошо смотреться у меня в комнате, — решила она.

— Это портрет Марии Лопухиной, — сообщила леди Ларкин. — Кисти Владимира Боровиковского. Инвентарный номер 102.

Картин было семьдесят пять, несколько из них, как, например, «Утро стрелецкой казни», были крупноразмерными, впритык влезшими в грузовик, но большая часть небольшими. Брали, скорее всего, с соображением транспортабельности.