Влюбиться в чудовище [СИ]

— Вчера вечером ты сказал, что никуда не поедешь… Но… но всё же… — на лице Таддеуса отражается вина. — Что случилось?

— Я хотел сделать тебе сюрприз.

— Сюрприз? — я уставилась на него, ничего не понимая.

Он неловко поёжился.

— Пойди, посмотри в столовой.

Подталкиваемая любопытством, что такого он мог сделать посреди ночи, что стало бы для меня сюрпризом, спешу в столовую. Войдя в неё, ахаю.

Головоломка отца лежит на столе точно так же, как и в моей квартире. И все кусочки на своих местах. Слёзы наполнили глаза, и зрение затуманилось.

Таддеус подошёл ко мне и положил руку мне на плечо.

 — Не плачь.

Не сдерживаясь, обнимаю его. Не знаю, как он это сделал, но это самая заботливая вещь, которую кто-либо когда-либо делал для меня. Таддеус единственный, кто знал, что эта головоломка значит для меня. Знал, как важно для меня закончить её и как-нибудь сохранить.

Быстро чмокнув его в губы в знак благодарности, шепчу:

— Как тебе это удалось?

— Магия, — отвечает мне мужчина. Скептически посмотрев на него, хмурюсь. — Я просто завернул её в резиновый коврик, чтобы перевезти сюда, — усмехнулся он.

— Ты гений, — шепчу, прислонив голову к его груди. — Спасибо. — Таддеус на секунду крепче прижимает меня к себе. — Прости, что разозлилась на тебя за то, что ты уехал ночью. Я думала…

— Мне следовало предупредить тебя, но я не хотел тебе лгать.

На несколько минут мы, молча, замираем в объятьях друг друга, пока Таддеус первым не отстраняется от меня.

— Может быть, поработаем? — он кивает на стол и отодвигает для меня стул.

Мы устраиваемся за столом и принимаемся за головоломку.

Время от времени ловлю на себе взгляд Таддеуса, заставляющий моё сердце биться быстрее. Он сегодня более открытый и доверчивый. Я чувствую это и вижу.

Прошлая ночь стала большим шагом вперёд в наших отношениях. Он не только показал мне часть проклятия, которое сдерживал, но и поцеловал меня, а не убежал. Наконец-то он начал мне доверять и от этого моё сердце ликует.

Время идёт, и я замечаю, что Таддеус начинает волноваться. Наконец он встаёт.

— Ты готова поговорить с Кэтрин?

— Да. Готова.

Он, слегка нахмурившись, пристально смотрит мне в глаза.

— Не расстраивайся, если она не захочет поговорить с тобой. И обещай, что не будешь настаивать и раздражать её.

— Я просто хочу поговорить с ней.

Но тут я лукавлю. Я хочу, чтобы Кэтрин сняла проклятие.

— Тогда поехали.

Надев куртки, мы выходим на улицу. Таддеус протягивает мне шлем и надевает свой.

Заводит мотоцикл, и мы, устроившись на нём, срываемся с места.