Сухой Бор

— Хотел пройтись пешком, да разве откажешься! — обрадовался Корчемаха, но прежде чем сесть самому, пропустил в машину Белозерова: — Вам раньше выходить.

Дорогой Корчемаха успел рассказать пару анекдотов и попросить Дину опубликовать репортаж о бетонировании фундаментов котлов ТЭЦ-два по возможности до очередной шанинской планерки.

— Рука у него легче от этого не станет, но, может, ударит не так больно. Посовестится: газета хвалит, а он лупит.

Когда Корчемаха вышел, Дина спросила Белозерова, что за нужда ему быть в общежитии.

— Комсомольское собрание.

— У меня брат в общежитии живет.

— Я знаю, что в Сухом Бору работает ваш муж, а о том, что у вас здесь брат, я слышу впервые. Кто он?

Дина шутливо упрекнула:

— Вот как плохо вы знаете свои кадры! А ведь мой брат — ваш союзник, яростный защитник сетевого планирования! Вниманием редакции к вашей персоне вы в немалой степени обязаны ему.

— Даже так? — удивился Белозеров. — Вдвойне любопытно: кто же это?

— Эдуард Дерягин. Бригадир на вашем Спецстрое.

— Что вы говорите?! Он ваш брат? А я себя спрашиваю, где видел вас раньше? Оказывается, вы похожи на Эдика!..

— Эдик похож на меня, — поправила Дина. — Мать не может быть похожа на сына.

— Мать?

— Ну да, я ему как мать. Мы с ним вдвоем, родителей у нас нет, — сказала Дина и подумала, что не имеет права так говорить: у нее есть муж и сын. Но она не поправилась.

Белозеров не удивился ее словам и сказал так, словно у нее действительно никого не было, кроме Эдика:

— Эдик отличный парень. Я очень люблю его.

«Москвич» подъехал к общежитию. Дина и Белозеров вышли из машины, пошли к подъезду.

— Эдик живет на третьем этаже, — сообщил Белозеров; Дина кивнула — она знала это. — А мне в красный уголок, на первом... Спасибо вам за помощь, — поблагодарил он, останавливаясь на крыльце. — Приезжайте через недельку посмотреть, как монтажники будут выполнять свои обещания.

Сказано было все, что полагалось, теперь следовало открыть дверь и разойтись по этажам, но ни Белозеров, ни Дина не брались за дверную ручку. Они стояли и молчали.

«Мне не хочется расставаться с ним, и он не хочет расстаться со мной, — подумала Дина. — Как было бы хорошо, если бы он поехал сейчас в город, мы бы еще побыли вместе... А что, если я проявлю настойчивость?»

— Я буду ждать вас, — сказал он.

— Может быть, вы поедете потом, после собрания, в город? — спросила она. — Я подожду вас, если нужно.

— Мне бы очень хотелось поехать с вами, — проговорил он. — Но сегодня никак не могу. Обязательно надо заглянуть на ТЭЦ перед третьей сменой.

Он посмотрел на часы, поклонился Дине и открыл дверь.

«Если бы очень хотел — поехал бы», — думала Дина с обидой, поднимаясь по узкой лестнице. Щеки у нее пылали.

Эдик был в комнате один — стоял готовый идти на собрание, наглаженный и начищенный, словно жених.