Вызов

— Нет, бывшие руководители ордена были не психи, — тяжело вздохнув произнёс кесарь. — А умные и расчётливые эльфы, решившие идти до конца и пожертвовать жизнями ради своей борьбы. Правда, непонятно почему Самойлов так не поступил. Надо будет мне с ним лично поговорить. Но, признаться, в какой-то степени я даже восхищён поступком тех четверых — ход достойный уважения. Но проблем это нам доставит немало. Однако я надеюсь, что до открытых столкновений, как в одиннадцатом году, не дойдёт.

— Будем делать всё, чтобы до этого не дошло, Александр Петрович! — заверил Валуев.

— И будем искать детей, — добавил Милютин. — Мы понимаем, что сейчас как никогда важна поддержка Москвы и лояльность Воронцова.

*****

Нас привезли в какое-то место, очень похожее на лагерь в лесу, но вот только лес казался очень уж ухоженным. Возможно, это было чьё-то большое имение — закрытая частная территория, куда не было доступа посторонним. Везли в этот лагерь нас примерно часа три-четыре, точно сказать было сложно — часов ни у кого не было, а гаджеты у всех забрали.

По приезде нас разместили в небольшом деревянном домике, больше похожем на барак. Внутри него было чисто и тепло, но обстановка угнетала — голые деревянные стены, два окна с решётками, тусклая лампочка под потолком, десять узких металлических кроватей и ширма, которая делила барак напополам.

В каждой половине стояло по пять кроватей, в левой расположились девушки, правую заняли мы с коренастым парнишкой, которого, как позже выяснилось, звали Артём. Имена девушек я так и не узнал — обстановка к походу на вторую половину барака и знакомству не располагала.

Примерно через час нас отвели на ужин. Покормили довольно сносно и сразу же вернули в барак. Затем пришли бородатый мужчина и девушка, которая ставила нам раньше уколы. Так как нам никто не представлялся, про себя я прозвал их бородач и медсестра.

Каждому из нас сделали ещё по одной инъекции — в этот раз вкололи что-то беловатое и мутное. Очень не хотелось, чтобы это попало мне в кровь, но вариантов не было — раз уж полез в дело, надо было терпеть. После этой инъекции я почти сразу же захотел спать. Мучить себя не стал, лёг на кровать и сразу же уснул.

Разбудил меня и всех остальных бородач громким криком в открытую дверь. Крик этот выполнял не только функции будильника — бородач сообщил, что у нас двадцать минут на утренний туалет, а потом нас ждёт завтрак. Своеобразный санузел, состоявший из двух душевых кабинок и двух туалетных, находился рядом с нашим бараком в отдельной небольшой постройке. Я продрал глаза и поплёлся туда.

Несмотря на довольно долгий сон, чувствовал я себя отвратительно, видимо, это были последствия неизвестных препаратов. Не было сил даже принять душ. Я умылся над раковиной холодной водой — стало немного легче. После этого вернулся в барак. Почти сразу же пришёл бородач и отвёл нас в столовую. Там нас ждал сюрприз — неодарённая часть нашей группы.