Алая магнолия [ЛП]

— Что это за место?

Я оглядываюсь, почти ожидая увидеть разгневанного фермера с винтовкой.

— Это старая церковь. Она была построена в 1839 году на месте более ранней церкви, построенной моим другом столетием раньше.

Антуан протягивает руку и нежно касается теплого камня, прослеживая год, который там выгравирован. — Я всегда думал, что было бы… хорошо… пожениться здесь.

— Я вижу.

Часть меня хочет просто остаться здесь, в гостеприимном покое, предлагаемом открытой дверью церкви. Когда я думаю о шумном офисе в мэрии, чувствую только тягучее чувство страха. Я беру себя в руки. Это не настоящая свадьба, и в этом нет ничего романтического. Мэрия — это именно то место, где можно сделать это официально, твердо говорю я себе. Все остальное было бы ложью. Независимо от того, какое внутреннее замешательство я могу испытывать, этот брак на самом деле не тот, о котором мы оба просили, и притворяться, что это не так, граничит с опасной фантазией.

— Нам, наверное, пора.

Я поворачиваюсь к машине, мое сердце сжимается от странного сожаления. Эта церковь прекрасна. Если бы все было по-другому…если бы это не было фарсом, все было бы идеально. Я чувствую себя так, словно плыву в альтернативной реальности. Есть правда, которую я знаю, где Антуан — вампир, за которого я вынуждена выйти замуж, чтобы спасти свой дом и брата от разрушения. А еще есть реальность, которую чувствует мое сердце, когда я стою на залитом солнцем церковном дворе среди цветов, рядом с самым потрясающим мужчиной, которого я когда-либо видела, который, кажется, понимает меня так, как никто никогда не понимал.

— Подожди.

Рука Антуана сжимает мою. Я чувствую слабый шок. Его глаза изменились, стали как-то мягче, его лицо сияет в солнечном свете. — Мы могли бы пожениться здесь, если хочешь.

— Здесь? Как?

Я в замешательстве оглядываюсь по сторонам.

Он жестикулирует внутри церкви, и уголки его рта приподнимаются. — Внутри есть священник, — признается он. — Я нашел его вчера. И у меня есть лицензия.

Он похлопывает себя по карману, и я уже собираюсь спросить, как ему удалось получить разрешение на брак, когда понимаю, что бесполезно задавать такой вопрос вампиру, обладающему способностью контролировать разум. Вместо этого я спрашиваю: —Что именно сделал бы священник, если бы мы никогда не появились?

— Подождал бы до полудня, потом решил бы, что хорошо провел день, и пошел домой.

Он ухмыляется, я прикусываю губу и отворачиваюсь. — Осторожнее.

Он протягивает руку и касается моей щеки. — Ты выглядела так, будто почти улыбнулась.