Стратегия обмана. Трилогия (СИ)

   - В Цюрихе я встретился с Челеби и Челиком. Мы говорили о помощи от Федерации. Договорились, что Челеби возьмет у Челенка три миллионов марок. Я просил Челеби связать меня с правыми террористами в Италии, чтоб иметь полезные контакты в Риме. В Вене за счёт Федерации Челеби снял мне квартиру, где я должен был отсидеться после покушения.

   Челеби не выдержал и крикнул на него:

   - Когда это мы говорили о покушении? Когда мы об этом говорили?!

   Агджа ровным голосом произнес:

   - Спокойно... - и прошипел, - подлец...

   Тут и адвокат Челеби крикнул Агдже:

   - Негодяй!

   В перепалку вмешался прокурор, и громко призвал всех к порядку. Заседание суда на этом прервали.

   На следующий день суд принялся разъяснять такой несущественный, казалось бы, вопрос, а на каком языке говорили между собой Агджа и Антонов, пока готовились к покушению. Дело в том, что одна болгарская стюардесса-перебежчица уверяла всю западную прессу, что на работу в "Балкан" берут людей только со знанием английского языка. Агджа и говорил на следствии, что общался с Антоновым по-английски. Но Антонов заявил, что английского языка не знает вовсе.

   - В компании я занимаюсь оформлением багажа пассажиров, - пояснял он. - Для работы мне нужно знать лишь несколько английских терминов, не больше. Это пилоты должны знать язык досконально, от меня же этого никогда не требовали. Я учил французский язык. В болгарской авиации работают люди со знанием разных языков, кто английского, кто, французского, кто немецкого. Потому как я знаю французский, меня направили в Рим. Французский язык ближе всего к итальянскому языку.

   - Но Агджа утверждает, что вы общались с ним на английском языке.

   - Я никогда не встречался с этим человеком.

   Через неделю Антонов на заседание суда не явился, о чём пояснил в письме:

   "Прошло уже три года с того момента, как я несправедливо был задержан за чудовищное преступление, с которым не имею ничего общего. Я оклеветан человеком, которого никогда не видел. В результате этого состояние моего здоровья ухудшилось и вопреки моему желанию содействовать правосудию, что я делал всё время, к сожалению, не в состоянии отвечать так, как бы хотел, на вопросы суда, а также не могу пока являться на суд. Подтверждаю сказанное мною в ходе следствия со сделанными уточнениями. О своём решении я уведомил своих адвокатов и попросил их подробно разъяснить причины этого. Сергей Антонов".

   Через четыре дня начался допрос владельца пансиона, где на три дня перед покушением остановился Агджа.

   - Как был забронирован номер для Фарука Озгуна, которым представился Агджа?

   - По телефону, - отвечал свидетель, - звонил мужчина, говорил на итальянском, но с ориентальным или скорее ближневосточным акцентом

   - Агджа, кто бронировал для вас номер в пансионе "Иса"?

   - Это был Тодор Айвазов.

   - Свидетель говорит, что у звонившего был ближневосточный акцент. У Айвазова акцент мог быть только славянским. Так вы знаете, кто звонил в пансион?