Все расследования Шерлока Холмса [litres]

Шерлок Холмс был мастером общения со свидетелями. Уже через полчаса задушевного разговора в тишине оставшегося без постояльца номера Годфри Стонтона он выведал у портье абсолютно все, что тот знал. Вчерашний ночной гость – не джентльмен, но и на рабочего не походил. Это был просто, как охарактеризовал его портье, «человек как человек»: лет пятидесяти, борода с проседью, лицо бледное, одет неброско. Он сам выглядел порядком взволнованным – портье заметил, что, когда он передавал записку, у него дрожала рука. Годфри Стонтон сунул записку себе в карман. Руку дожидавшемуся в холле мужчине не пожимал. Говорили они недолго, обменялись несколькими репликами, из которых портье разобрал только слово «время». Ушли они торопливо. Часы в холле в это время показывали ровно половину одиннадцатого.

– Давайте разберемся, – сказал Холмс, усаживаясь на кровать Стонтона. – Вы ведь дневной портье, не так ли?

– Да, сэр. Моя смена заканчивается в одиннадцать.

– И ночной портье, скорее всего, ничего не видел.

– Нет, сэр. Поздно ночью приехала театральная труппа, больше никого не было.

– Вы вчера весь день дежурили?

– Да, сэр.

– Мистеру Стонтону вы передавали какие-нибудь записки или телеграммы?

– Да, сэр, одну телеграмму.

– О, это интересно. В какое время это произошло?

– Около шести.

– Где находился мистер Стонтон, когда вы вручили ему телеграмму?

– Здесь, в этой комнате.

– Он при вас ее распечатал?

– Да, сэр, я ждал, будет ли ответ.

– И что, он написал ответ?

– Да, сэр, написал.

– Он его продиктовал?

– Нет, сэр, написал сам.

– Но писал при вас?

– Да, сэр. Я стоял у двери, а он сидел спиной ко мне за столом. Закончив писать, он сказал: «Можете идти, портье. Я сам отправлю».

– Чем он писал?

– Пером, сэр.

– Ответ он писал на одном из этих телеграфных бланков, которые лежат на столе?

– Да, сэр, на верхнем.

Холмс встал. Взяв пачку бланков, он подошел к окну и тщательно осмотрел верхний.

– Жаль, что он не карандашом писал, – разочарованно произнес он, бросая обратно бланки. – Ватсон, вы уже, наверное, знаете, что изображение обычно отпечатывается на нижнем листе… Сколько счастливых браков распалось из-за такой мелочи! Но тут я ничего не увидел. К счастью, насколько я вижу, он писал пером с широким стволом, так что не сомневаюсь, на промокашке мы что-нибудь найдем. Так и есть! Вот оно.

Он оторвал кусочек промокательной бумаги и показал вот такие непонятные иероглифы:

Сирил Овертон пришел в необычайное волнение.

– Поднесите к зеркалу! – воскликнул он.

– В этом нет необходимости, – сказал Холмс. – Бумага довольно тонкая. Достаточно взглянуть на нее с обратной стороны.

Он перевернул листок, и мы прочитали: