Однажды во Франции [ЛП]

Ее прервал озадаченный Бертран.

— Все комнаты заняты. Комната Людовика XVII восхитительна, — добавил он, не понимая ее беспокойства. — Это комната для молодоженов. От нее все в восторге.

Льюис положил руку Брайони на плечо.

— Пойдем, дорогая. Не смущай джентльмена. Мы очень довольны. Спасибо, Бертран. — Он взял ключ у мужчины, который, казалось, испытал облегчение. В ответ тот слегка поклонился Льюису.

— Пойдем наверх, — прошептал он Брайони. — Завтра утром мы во всем разберемся. Если понадобится, я буду спать на полу.

— Ладно, может быть, завтра освободится какая-нибудь комната. Если Джим сможет поладить с Оскаром и Бигги Смоллсом, то я уверена, что и мы справимся.

Они поднялись наверх и остановились перед своей комнатой. Льюис отпер дверь, и Брайони тихонько ахнула. Номер был заставлен антикварной мебелью. Стены оклеены роскошными кремово-бежевыми обоями с рисунком. Огромная кровать, покрытая великолепным покрывалом ручной работы и такими же кремовыми подушками, находилась возле одной из стен. Две подушки, сшитые из того же материала, свисали с медных перил над кроватью. Старинный камин, над которым висело огромное зеркало, делал комнату еще больше и придавал ей ощущение величия.

Брайони поставила сумку на деревянный пол и подошла к открытому окну, привлеченная стрекотанием цикад в саду. Небо было пурпурных, оранжевых и желтых оттенков, настолько ярких, что они казались почти нереальными. Нежный аромат душистых роз витал в теплом вечернем воздухе. Из темного пруда, мерцавшего вдали, доносился хор лягушек, сливающийся с мелодией насекомых под окном. Эти музыкальные звуки успокоили ее, и она глубоко вздохнула, прежде чем снова посмотрела на Льюиса, который одарил ее озорной улыбкой. Он положил пуховое одеяло и подушку на пол перед кроватью.

— Та-дам! — объявил он. — Это будет похоже на поход, и напомнит мне о тех временах, когда я был в бойскаутах, только здесь сухо и не надо носить галстук, — объяснил он. — И петь песни у костра «Гин-гэн-гули».

— Ты был бойскаутом?

— В доказательство у меня есть значок повара. Мне его дали за то, что я готовил омлеты и кукурузные хлопья. Это были потрясающие лепешки из кукурузных хлопьев. Я спец по ним. Моя мама так гордилась этим значком, что пришила его на плед для сохранности. Я думаю, она все еще его хранит. В бойскаутах я долго не продержался. Я не был создан для жизни на природе в палатках. Я так и не научился разжигать костер без спичек. Хорошо, что мы не на одном из этих шоу выживания. Будь я там главным, мы бы все погибли. Я люблю комфорт, и мне нужна крыша над головой, готовая еда и ноутбук.

Губы Брайони дрогнули в улыбке. Льюис обнаружил старинный будильник и поставил его рядом со своей импровизированной кроватью.

— Ты не можешь лежать на этом жестком полу. Это неудобно. Кровать огромная. Если ты не возражаешь, мы можем спать на ней вдвоем.

— Но только если ты уверена. Если нет, я могу спросить у Оскара разрешения, чтобы воспользоваться его свободной кроватью.