Укради мое сердце

— Подожди, сниму всё-таки шлем. — Рома быстро избавляется от морды волка, и, когда на моем лице растягивается улыбка и нас ослепляет вспышка, я чувствую на своей щеке его губы.

обнимает меня за талию, прижимает к себе, и его губы опускаются к шее, вызывая во мне дрожь. Я боюсь пошевелиться, стою, словно статуя, с вытянутой рукой и крепко сжимаю в ладони телефон.

— Что ты делаешь? — теряюсь я. Все ещё непривычно, что в любой момент, вот так просто, он может взять и поцеловать меня.

Все наши поцелуи казались каким-то минутным порывом. Случайными. Импульсивными. А вот сейчас, когда Соловьев обнимает меня, словно мы пара, мне становится неловко. Я не знаю, как вести себя и что говорить. Сделать вид, что так и должно быть? Ответить на ласку? Или оттолкнуть?

я раздумываю над этой страной ситуацией, Рома выхватывает из моих рук телефон и листает фото.

— Класс. А теперь, Ромашкина, проведу тебе мастер-класс по надеванию шлема и возвращаемся в город, — серьёзным голосом говорит он.

— Да иди ты! — Шутливо бью его кулаком в плечо и бегу к краю моста, где на асфальте так и остался лежать мой шлем.

В этот раз я не делаю ошибок. Первым делом опускаю вниз стекло и для достоверности даже стучу по нему.

— Держись крепче, покажу тебе, что значит раствориться в воздухе. — Рома хватает меня за кисти рук и заставляет крепко себя обнять. Я тесно прижимаюсь к нему, боясь, что снова придётся сражаться с ветром за свою шею.

Мотоцикл срывается с места и сразу же набирает скорость. Я с силой обхватываю торс парня, боясь даже взглянуть на спидометр. Меня снова преследует страх, что мы разобьёмся. Нельзя ездить так быстро.

Внезапно, словно почувствовав мои мысли, Рома начинает притормаживать. Я выглядываю из-за его плеча и вижу впереди длинную фуру. Медленно мы миновали ее, а потом Соловьев снова поддал газу, срываясь с места. А мне внезапно пришла мысль, что он вовсе не бездумный гонщик. Когда дорога пуста, он едет на недопустимо большой скорости, но как только впереди появляется машина либо пешеходный переход — притормаживает.

И я расслабляюсь. Пытаюсь довериться ему. Он ведь не хочет убиться, правда?

Я смелею, отрываюсь от спины парня, наклоняю голову немного вниз, чтобы шлем рассекал поток воздуха и не надо было так напрягаться, а потом на моем лице расцветает улыбка. Рома был прав. Это невероятно. Приятный гул мотора, скорость, пустая дорога, ночь — и мы с ним вдвоём. Втроём, если считать байк.

Я начинаю понимать, что он в этом нашёл, а ещё восхищаюсь тем, как уверенно он ведёт своего железного монстра.

Это кайф. Самый настоящий кайф. Хочется, как в фильмах о любви, перестать держаться за парня, развести руки в стороны, изображая крылья, и наслаждаться этим прекрасным мгновением целую вечность.

Но я не такая смелая, как влюбленные девчонки из телевизора, и скорость, на которой мы несёмся, далека от той, на которой можно было бы смело изображать крылатую птицу, поэтому я лишь верчу головой по сторонам, а потом и вовсе закрываю глаза, сливаясь с Ромой и байком в одно целое.