Спор на беременность [Феномен Девы Марии или пари на беременность]

В центре площади стоит небольшой белоснежный храм без стен, только колонны и крыша с резными карнизами. Даже отсюда внутри хорошо видна белая статуя в человеческий рост, все подножие которой было завалено приношениями и дарами. У колонны при входе стоит странное создание с огромными рогами на голове, совершенно голое, если не считать коротенькой юбчонки, сделанной из пёстрых перьев. Тело обмазано белой глиной, в руках длинный посох, украшенный разноцветными перьями, ракушками и камешками. Размалеванное разноцветное лицо лишено эмоций, странное создание равнодушно и даже слегка высокомерно разглядывало небольшую кучку туристов.

— Маш… а это кто? — показала я глазами на экзотическую личность. Она вызывала у меня больше страх, чем интерес.

— А… это шаманка. Древняя совсем и вредная, жуть! Вроде рамки металлоискателя в аэропорту, пристально всех разглядывает и не пускает в храм недобрых людей, или женщин, у которых критические дни, типа грязные они. У тебя, случаем не эти дни?

— Нет. Жду, но уже дней десять задержка у меня… — шепотом доложила я подруге, и с опаской глянула на шаманку, которая тоже смотрела на меня почему-то. Озноб пробежал по моему телу, я поежилась. — А откуда она знает, добрый человек или нет? И про критические дни?

— Чувствует, наверное. Она же шаманка, работа у нее такая, — весело рассмеялась Маша, и тут же смолкла, увидев неодобрительный взгляд стража храма. — М-даа… пошли уже.

Мы поднялись на мраморные ступени, девушка прошла вперёд, а я занесла ногу, чтобы переступить порог, но вдруг шаманка дернулась в мою сторону и посохом преградила мне путь. Я в ужасе уставилась в ее черные как ночь глаза, руки мои задрожали, отчего на пол с подноса посыпались плоды авокадо и оранжевые апельсины. Что ей надо от меня? Размалеванная старуха прислонила посох к стене и вцепилась в мой поднос, лопоча что-то на испанском языке. Ма-ам-м-очки! Никогда в жизни я не испытывала такой леденящей жути. В глазах потемнело, колючие мурашки вгрызлись в макушку, отчего волосы зашевелились и приподнялись.