Удивительные истории о бабушках и дедушках [антология]
- Автор: Эшли Марина, Лисицкий Валерий
- Серия: Антология современной прозы #2020
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-132588-6
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Удивительные истории о бабушках и дедушках [антология]». Краткое содержание книги:
Все истории разные, но их объединяет одно — все они о бабушках и дедушках. Смешных, грустных, по-детски наивных и удивительно мудрых. Главное — о любимых.
О том, как признаются в любви при помощи классиков, как спасают отчаявшихся людей самыми ужасными в мире стихами, как с помощью дверей попадают в другие миры и как дожидаются внуков в старой заброшенной квартире.
Удивительные истории. О бабушках и дедушках.
— Сережка, что случилось? — Он даже не сразу меня заметил; подошел почти вплотную. — Ты почему на улице?
— Я… Там ветряк заклинило!.. И я… Дядька звонил… Кричал, что… — я всхлипывал, шмыгал носом. — Я закрыл дверь, пошел туда… Как ты… Кулаком чтобы… Варежки потерял! И ключ!
И разрыдался. Сильно и бесконечно.
— Где потерял?! — Дед присел передо мной на корточки. — Успокойся, где ты ключ посеял?
Я махнул рукой не пойми куда. Дед заметил мои руки без варежек, наверное, красные или, наоборот, совсем белые. В темноте было не разобрать.
— Давай-ка, — сказал он и снял свои рукавицы. — Надень.
Я утонул в его огромных варежках, а дед медленно, осторожно ходил вокруг в поисках ключа.
— Я где-то там потерял, — сказал я. — Как к площадке идти.
Дед ушел. А я остался сидеть, не посмел подняться, пойти следом, помочь. Я и так уже наломал дров, как сказала бы бабушка. Так уж лучше сидеть.
Вскоре он появился, вывернул из-за угла дома, подошел и молча сел рядом.
— Нет, так мы ничего не найдем, — сказал он.
— Как же быть? — едва слышно спросил я.
— Весны ждать, — сказал дед. — Снег растает и ключ найдется.
Я ничего не ответил. Это прозвучало как шутка, но, похоже, это же и было правдой.
Дед посмотрел на часы.
— Скоро срок начнется, телеграмма минут через десять появится.
— Как же быть? — выдавил я и вновь расплакался.
Дед приобнял меня; я заметил, что его руки ничуть не лучше моих, с трудом сгибаются пальцы, подрагивает ладонь.
— Черт с ней, — сказал дед. — Черт с ней, с погодой. Это все не смертельно. Не на войне, в конце концов. Ты успокойся, слышишь? Я тоже виноват. Совсем забыл с этим снегом! Этот ветряк уже вторую зиму не работает… Надо было тебя предупредить. А мужик… Это Петька из центра! Ну, слышишь, успокойся! Ты все правильно сделал! Будет это нам всем уроком — спешка нужна только при охоте на блох. Так бабушка говорит, помнишь?
Но это меня не успокоило. Дед промокал мне лицо грубым рукавом дубленки, а я никак не мог унять слез.
— А хочешь, — сказал он. — Хочешь, фокус тебе покажу?! Метеорологический! По секрету! Его только настоящие метеорологи знают!
Я все плакал, а он потряхивал мое плечо и спрашивал, спрашивал… Хочу ли я?
И я кивнул. Хочу, конечно!
— Вот! Другое дело. Тогда вставай! Слезы отставить! Вон и так все лицо красное…
Метель не прекращалась, и мороз к ночи только крепчал. Мы опять зашли за угол, тропинка к метеоплощадке окончательно исчезла, вместо нее многочисленные снежные окопы да кратеры.
Дед долго примерялся, где лучше встать, и наконец скомандовал:
— Дай-ка мне варежку!
Я протянул деду его же рукавицу, и он поднял ее над головой. Торжественно покрутил, в самом деле как фокусник перед номером, и подбросил вверх. Ветер дернул варежку вперед, и та приземлилась в сугроб в паре метров от нас. Я молча следил за представлением.
— Вот! Два метра! — сказал дед. — Что это значит? Скорость ветра — приблизительно — метров пятнадцать в секунду! Будем считать, без порывов. Вот. Будет метр — тогда семь метров в секунду. А еще нам для фокуса север нужен, знаешь где?
Я замотал головой.
— Позади тебя, — сказал он. — Там еще Полярная звезда. Сейчас ее из-за метели не видно… Знаешь про такую? — Я опять помотал головой. — Она всегда смотрит на север. Получается, у нас с тобой, Сережка, северо-западный ветер пятнадцать метров в секунду. По-хорошему нам бы несколько таких измерений сделать… Ты что-нибудь понял?
Но я совсем запутался. Где же фокус? Где обещанное волшебство?
— Тут, понимаешь, какое дело, Сереж, — дед опустился на колено. — Эти ветряки клинит каждую зиму, а никто их чинить не хочет. Ну, кроме тебя, конечно!
Дед рассмеялся, встал с колена и попросил принести варежку; я поплелся.
— Вот мы и договорились мерить погоду варежкой, — продолжал дед. — Такие фокусы! Этим, в центре, им, понимаешь, главное, чтобы значения по области одинаковые были! Вот. А если показания у кого-то выбиваются — так они и мертвого поднимут! А этот Петька…
— Дед! — крикнул я. — Варежка!
— Что варежка?
— Варежки!
В сугробе с дедовской варежкой лежало что-то еще. А что, черт возьми, в тот вечер еще могло лежать в сугробе?! Конечно же, варежки, но уже мои. Полные снега, задубевшие, с трудом различимые, и одна, слава богу, с ключом!
А дед словно и не удивился моей находке, словно все это было частью его метеорологического фокуса. Он подошел, вытряхнул из варежек снег, выудил ключ.
— Это мы и к сроку с тобой успеем, получается! — сказал дед.
— Дед! — опять вскрикнул я. — Петька просил отзвониться! Когда ветряк починится…