Зеркало Горгоны (СИ)
- Автор: Omega-in-exile
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Зеркало Горгоны (СИ)». Краткое содержание книги:
К счастью, Горгона отвернулась и молча смотрела на могильный памятник, с которого им улыбался Антон. Андреас тоже смотрел в глаза Антону. Это был его Антон. Чистый, светлый, влюбленный. Совсем не тот, о котором с такой непонятной злобой говорил Матиас. Кронберг что-то скрывал. Причина его презрения к Антону была непонятна. Но в Кронберге вообще было много непонятного.
- Вы ведь теперь любовник Кронберга, не так ли?
Андреас вздрогнул и обернулся, чтобы тут же снова напороться на взгляд Горгоны. Вот теперь он действительно окаменел.
- Я знаю, что это так, - со зловещей усмешкой сказала Горгона. – Послушайте, Фелнер, а что вам вообще о нем известно?
Андреас смог лишь вопросительно посмотреть на Горгону. Нет, он не то чтобы боялся ее. Но от нее веяло таким холодом и мраком, что говорить было невозможно.
- У этого типа очень мутное прошлое, - сквозь зубы продолжала Горгона. – Он утверждает, что был любовником моего сына. Вам это известно?
Андреас молча кивнул.
- Он сам вам сказал? – взгляд Горгоны стал ледяным.
Андреас снова кивнул. Его молчание не удивляло Горгону. Она давно привыкла, что под ее взглядом люди немеют.
- Как вы думаете, это правда?
Андреас пожал плечами, причем даже это далось ему с трудом.
Горгона снова перевела взгляд на могильный памятник. Андреасу стало легче дышать.
- Не знаю, - хрипло проговорил он. – Не знаю, правда ли это. Мне кажется, что все-таки правда. У Матиаса на руке кольцо, которое я подарил Антону.
- Я тоже заметила, - не глядя на него, произнесла Горгона. – Но что это доказывает?
- Очень странно, но мне иногда кажется, что Антон сумел вложить какую-то свою частичку в Матиаса, - задумчиво сказал Фелнер. - Матиас совсем другой: он холодный, циничный, но эта циничность напускная. Под ней скрывается нечто другое. Иногда мне кажется, что он носит в себе частичку души Антона. Светлую, чистую частичку. Как будто звездочку во мраке.
- Да вы настоящий романтик, Фелнер, - губы Горгоны искривились в усмешке, она продолжала смотреть на надгробие. – Видите в подонке то, чего в нем нет и быть не может.
- Я плохо знаю Матиаса, мы с ним виделись-то всего два раза, - продолжал Андреас, как будто разговаривая сам с собой, а не с Горгоной. - Мне порой кажется, что Матиас - это потусторонняя сущность, которая питается ненавистью и алчностью. Но эти ненависть и алчность разъедают его, уничтожают. Иногда мне становится страшно за Матиаса. Он несет зло другим и хочет нести это зло, но этим же он убивает себя.
- Кронберг - это бацилла, смертоносная бацилла, - угрюмо заметила Элен. - Он разрушает все, во что проникает. Сейчас он разрушает мою жизнь. Держитесь от него подальше, мой вам совет. Иначе он уничтожит и вашу жизнь. Но я сильнее вас, я могу ему противостоять. А вы не сможете.
- Я уже не могу, - с грустной улыбкой ответил Андреас. - Я люблю его.
В этот момент у Элен зазвонил телефон. На экране высветилось имя Йенсена.
- Кронберг в аэропорту, - произнес тот. – Вылетает в Мадрид.
- В Мадрид? – озадаченно повторила Элен. – Какого черта ему там понадобилось?
- Не знаю. Он ничего никому не сказал.
- Хорошо, может быть, это и к лучшему, - проговорила она. – Скелтон сейчас как раз в Мадриде. Сообщите ему, чтобы он организовал наблюдение за ублюдком.
***
Мадрид, сентябрь 2015 года
Кронберг вошел в номер Скелтона в “Веллингтоне” со своей фирменной наглой улыбкой на гладком, холеном лице – таком свежем, словно он только что вышел из ванной, а не сошел с трапа самолета. Одет Кронберг был не просто броско, но вызывающе: черная обтягивающая майка, усеянная серебряными блестками, с огромным вырезом на груди и едва прикрывавшая пупок, белые тонкие джинсы не просто в обтяг, но из-под которых выпирало буквально все, на шее несколько серебряных цепочек и кулон, на запястьях браслеты и фенечки, на ухоженных пальцах - кольца. Среди которых, разумеется, было кольцо с черным опалом.
Скелтон моментально пожалел о том, что предупредил охрану отеля об ожидающемся госте. Лучше бы Кронберга не пустили на порог, потому что он выглядел как откровенная шлюха, которую постоялец вызвал к себе в номер развлечься. И теперь о нем, Скелтоне, будут думать как о педике. А ведь он уже много раз останавливался в этом отеле, здесь его хорошо знали! Нет, не то что бы ему было так уж важно, что о нем думает персонал отеля, но Скелтону нравилось поддерживать реноме респектабельного джентльмена, приезжающего в Мадрид исключительно с деловыми целями.
Между тем Кронберг окинул номер скептическим взглядом, явно давая понять, что ему приходилось бывать в номерах и получше. Вообще, у него был такой вид, будто он оказал Скелтону милость своим посещением, а вовсе не напросился к нему, причем напросился в обычной своей наглой и безапелляционной манере.
- Что вам нужно от меня, Кронберг? - угрюмо осведомился Скелтон. - Ищете способ возвратиться в постель к Бреннану?
- Именно так, - бросил Кронберг, без приглашения разваливаясь в кресле и закидывая ногу на ногу.
Он улыбался нагло и по-блядски, словно проститутка в баре, откровенно предлагающая себя потенциальному клиенту.
- И вы думаете, я стану вам помогать? Думаете, ваш компромат на меня сработает? Ошибаетесь. Да, я согласился покрыть ваши сексуальные похождения. Увы, это не получилось. Но все остальное не входит в наш контракт. Цена для меня слишком высока. Так что на ваш шантаж я не поддамся.
Кронберг еще более блядски улыбнулся. Медленно провел языком по губам. Скелтон заметил, что губы юнца были подкрашены. Неудивительно. Шлюха. Конченая, наглая шлюха. Но взгляд этой шлюхи выводил Скелтона из равновесия, лишал уверенности в себе. Он начал нервничать, хотя вовсе не был слабонервным юнцом. Ему в жизни доводилось бывать в таких переделках, что хватило бы на десяток блокбастеров. Его нервы закалились, превратились в стальные канаты. Но теперь эти канаты ходили ходуном от одной улыбки сидевшего перед ним наглого юнца.
- Да, вы можете изрядно подпортить мою репутацию, - продолжал Скелтон, стараясь говорить в спокойно-угрожающей манере, которой мастерски владел. - Но я справлюсь с последствиями. Я состоятельный человек и вполне могу прожить, даже не занимая пост главы службы безопасности Brennan или еще какой-то компании. Во всяком случае, без куска хлеба я не останусь, уж поверьте.
- Охотно верю, - хмыкнул Кронберг, пожимая плечами и изящным движением холеной руки подпирая гладкий, идеальной формы подбородок.
- Так что советую вам подумать лучше о последствиях, которые ваш шантаж будет иметь для вас лично, Кронберг. Уж поверьте, я позабочусь о том, чтобы стало известно, кто именно был распространителем порноролика. Если порноролик и впрямь будет распространен. Этот скандал разрушит вашу репутацию до основания и навсегда закроет вам карьерные перспективы, Кронберг. Вас не пустят на порог ни одной более-менее уважающей себя фирмы по обе стороны Атлантики. Ваше имя будет внесено в черный список. Вам светит разве что работать на кассе в какой-нибудь забегаловке. Хотя, с вашими внешними данными, вы еще успеете сделать карьеру порнозвезды. А потом самому заняться производством малобюджетных порнофильмов. Кажется, эта сфера вам близка. Так что для вас не все будет потеряно.
- Порнобизнес всего лишь бизнес, - ухмыльнулся Кронберг. - Впрочем, в мои планы он пока не входит.
- Каковы же ваши планы, если не секрет?
- Вы сами их озвучили, Скелтон. Вернуться к Бреннану. С вашей помощью, - серо-голубые глаза Кронберга смотрели на Скелтона спокойно и дерзко.
- Мой ответ вы уже знаете, Кронберг.
- Знаю. Только вы сами его пока не знаете. А я могу вам сказать: ваш ответ будет утвердительным.
- Вот как? Почему, если не секрет? - скептически поднял бровь Скелтон.
- Я знаю, зачем вы прибыли в Мадрид, - медленно произнес Кронберг. - Я знаю, с кем вы здесь встречаетесь. Что обсуждаете. У вас ведь есть друзья в Конго и Сьерра-Леоне, не так ли? Мадрид весьма удобное место для встречи с ними, не так ли?
Скелтон замер, устремив немигающий взгляд на Кронберга. Затем медленно достал из кармана пистолет и направил его прямо в лоб молодому человеку. Красивое лицо Кронберга оставалось неестественно неподвижным. Только холеные руки крепче обхватили подлокотники кресла.