Электронная книга - «В интересах государства. Аудиториум». Краткое содержание книги:
Кто-то скажет, что мне повезло. Ведь здесь я, обычный студент из неблагополучной семьи, обладаю сверхъестественным даром и дворянским титулом.
Но только кто тогда все эти люди с автоматами?
— Да, ваше превосходительство, — хором отозвались мы.
— В таком случае прошу пройти на поле к полосе старта, — распорядилась Воронцова. — Желаю удачи, господа.
Мы прошли до конца коридора и остановились перед ярко-красной полосой, отмечавшей границу Полигона. Справа от нас раздавались голоса участников соседней команды — глухие из-за бетонной перегородки.
Значит, мы узнаем своих противников только когда подадут сигнал. Я оглянулся на Колю. Тот растерял свою жизнерадостность и шептал что-то прикрыв глаза. Наверняка молился, чтобы не встретиться с братом и сестрой. Или с Ирэн.
— Команды, приготовиться! — зычно прозвучало со стороны поля.
Мгновением позже раздался звук свистка. Первый. Знак выходить на Полигон.
Ну, с богом.
Я оттолкнул Колю влево, чтобы лекарь держался подальше от предполагаемого врага. Грасс попыталась было выйти вперед, но я шикнул на нее:
— Держись поодаль. У тебя еще есть работа.
Она не стала спорить. Поэтому первыми пошли мы с Малышом.
Время словно замедлилось. Каждый шаг давался с невероятным трудом. Я шел, глядя направо, стараясь заметить наших противников.
И, наконец, увидел их.
— Дерьмо, — раздалось у меня за спиной. — Это еще хуже, чем Штофф.
И я понял, о чем говорил наш менталист. Афанасьев был прав. Нам досталась самая сильная команда из нашей категории.
Красавец граф Юрий Горькушин — боевик четвертого ранга. Темновласка княжна Анна Лопухина — целительница, с которой мы столкнулись на Смотре — пятый ранг. Княжна Екатерина Алексеева — боевик четвертого ранга, шла на второе образование и была старше всех нас. Граф Алексей Ермолов — тоже боевик, но пятого ранга. Впрочем, не менее опасен. И вишенка на торте — княжич Федор Муравьев, менталист пятого ранга. Внешне ботаник ботаником, но безобидное впечатление было обманчивым.
Элита. Худший сценарий из возможных.
Сперанский шумно выдохнул, явно от облегчения.
— Рано радуешься, — отозвался я, пристально разглядывая врагов.
— Нам конец, — прошипела Грасс. — Две боевых “четверки”. Не вывезем.
Я сплюнул под ноги.
— Посмотрим.
Прозвучал второй сигнал — знак готовиться.
— Анна, работай. Гриша, держись рядом. Всем поставить защиту. “Шлемы” и “Берегини”. Быстро!
На удивление, ребята меня послушались. Я-то боялся, что каждый станет тянуть одеяло на себя, и получится как в басне про лебедя, рака и щуку. Но почему-то даже Грасс решила не выделываться.
— Гриш, держись ближе к Анне и Коле, — попросил я. — Им нужна дополнительная защита.
— Так и собирался.
— Отлично, — я хлопнул по плечу Рахманинова. Пришлось подпрыгнуть. — Витя, расчехляй “Косы”.
За пару секунд я поставил надежный “Шлем” — по моим прикидкам, он должен был сдержать любое воздействие шестого ранга. Насчет пятого — нужно было следить, могло что-то и пройти. Мое тело охватило сияние “Берегини” — на этот раз я не выпендривался и огорошил противника проявлением родовой силы. Издалека бледное сияние родового источника можно было ошибочно принять за слабый ранг, и мне это было на руку.
— Это чего у тебя такое? — удивился Малыш, ткнув в меня пальцем. — Белое…
— Потом расскажу. Правил это не нарушает.
Противники тоже подготовились и повесили защиты. Сердце стучало у меня в ушах, и каждый удар отдавался словно грохот. Дыхание стало тяжелым. Крови прилила к ногам, а руки зудели от сконцентрировавшейся на пальцах силы.
Третий свист резанул по ушам, и мы сорвались с места.
Первую треть пути мы просто пробежали, но затем начались препятствия. Не сразу я заметил, что дорогу обеим командам преграждал широкий ров. Глубину не прикинуть, а деревянный мост был шириной всего метр и явно сколочен наспех.
Первыми добрались конкуренты. Красавец Горькушин взлетел на мост и протянул руку Лопухиной, чтобы помочь ей взобраться.
— Все жечь мост! — ментально рявкнул я. Да так, что мои сопартийцы повздрагивали. — “Жар-птицы” в мост, быстро!
Дважды просить не пришлось. Сопровождая заклинания воинственными кличами, ребята принялись метать “Жар-птицы”. Наша артефакторша отвлеклась от настройки булавок и тоже сотворила огненный всполох. Горькушин не сразу понял, что именно мы собирались сделать, и выставил барьер, чтобы защитить людей от обстрела. Но огоньки полетели в опоры моста.
— Черт! — взвизгнула Лопухина.
Но было поздно.
Я зачерпнула побольше силы, створил “Колобка” и метнул его ровнехонько в опору. Та треснула, мост начал заваливаться, и вскоре половина команды врага оказалась в воде.