Рабство Кольца

Интересно получается. Запрет Гномозеки сообщать о том, что мы видели в «Белом Гноме», позиционировался системой, как «недостаточный уровень». Но квест-то оставался!

Что главнее? Система или ректор?

Блин, Гончар, ну надо чаще заглядывать в журнал…

— Короче, братва, полный попадос, — повторился Бобр.

Я встал, оглядел всех спокойным взглядом. Упёрся ладонями в столешницу.

— Народ, не в мою смену.

— Э, — Бобр поскреб затылок, — Чего, Герыч?

— Ты же понимаешь, Георгий, что нарушение правил повлечёт за собой двойные штрафы? — Толя ткнул пальцем в колбу с экспометром.

— Я всё понимаю, — ровно сказал я, — А ещё понимаю, народ, что только нарушение правил подарило нам то, что имеем сегодня.

Я не сводил глаз с ребят. Мне хотелось, чтобы они поняли — если остановимся, прогресса не будет. И ждёт нас в лучшем случае прозябание на бумажно-надзорной периферии, офисные клерки в мире игроков. Лучше не придумаешь.

Про обнуление я старался не думать. Да и, если честно, после рассказа тёти Нади о моём загадочном детстве меня эта процедура уже не так страшила.

— Гайки закрутили, Георгий, — с сомнением покачал головой Толя, — Ректор же намекнул, что любой препод имеет право лепить нам двойные штрафы, а ещё без нашего согласия отправлять в личный холл. Или к тому же ректору.

— Ага, братан. А этот Тегрий Подлыч… он теперь глаз с нас сводить не будет!

— Не совсем, — я покачал головой, — Как они с нами, так и мы…

— То есть?

— В общем, будем действовать с хитростью, — прошептал я, — А этот Тегрий сам же нам и поможет.

— В смысле? — вырвалось у всех одновременно.

— Так, у нас есть Фонза и Кент, это наши связисты, если что, — улыбнулся я.

В дверь постучали.

— Ядрён батон, ты как это сделал? — Бобр ошарашенно обернулся, — Это они, что ли?

Я кинулся к складу, достал оттуда первый попавшийся меч в ножнах, и бросил на стол. Вся команда смотрела на меня с интересом.

Тут же я вытянул из своей учебной связки листок, карандаш, и бросил Бобру. Тот неуверенно взял, посмотрел на эту «совокупность», и поднял на меня жалобные глаза:

— А может, пусть это, другой кто…

— Да погоди ты, держи просто! — отмахнулся я, и кинулся открывать.

К сожалению, а может, и к счастью, за дверью оказался Тегрий Палыч:

— Добрый вечер, плееры. Ну, вторая взбучка от Дворфича, надеюсь, вас не сильно расстроила? — препод улыбался.

— Да уж, — грустно вздохнул я. Сломленный, поверженный, раздавленный системой.

Тегрию такой мой вид гораздо больше нравился, судя по всему. Нос у него, как обычно, слегка красноватый, глаза с лёгким блеском. Наверняка в гномьем царстве уже отведал какой-нибудь настоечки.

И тут он заметил меч, лежащий на столе…

О да, это не захудалый сатирский кинжал, и не медный оркский топор. Пусть и гоблинское, но оружие было довольно шикарным — не зря же говорят, что после гномов гоблины вторые умельцы в обоих мирах.