Спаси меня от себя

— Давай мы сначала поедем в больницу? — сиплю и пытаюсь держаться. На самом деле я уже разлетелась к чертям собачьим на мелкие кусочки.

— Ты забыла, что я и сам Айболит? Все нормально со мной, — шипит и откидывается на скамейке, выставляя ноги вперед. Я оказываюсь прямо между его ног.

Мне удается рассмотреть глубокие царапины на шее и груди, багровые борозды… Ощущение, что его расцарапала собака. Перевожу взгляд на темную фигуру незнакомца позади. Он стоит возле ближайшего дерева в ночном полумраке и кому-то что-то отчаянно доказывает, а затем громко ругается и скидывает трубку. Кудрявые волосы обрамляют мужественное лицо с ярко выраженными скулами и квадратным подбородком. Наверное, это тот самый Борис, лучший друг… Андрей говорил что-то о том, чтобы познакомиться с его близкими, но этот повод никак нельзя назвать приятным, конечно.

Поворачиваюсь к Андрею и натыкаюсь на подозрительный взгляд:

— Ты останешься со мной?

Он еще спрашивает? Да как в таком состоянии его вообще можно оставить?

— Конечно, останусь.

Он вдруг оседает на скамейку и облегченно выдыхает. Вся тяжесть словно сошла с плеч. Не даю ему удариться головой и подхватываю многострадальную тело как раз в тот момент, когда звучит голос за спиной:

— Такси сейчас будет, давай я помогу, — он подхватывает Андрея под руку, и я наконец-то могу увидеть всю картину целиком. И от этого хочется вопить, потому что я никогда еще не видела настолько избытых людей. Теперь начинаю думать, что идти он не может не столько из-за выпитого, сколько от того, насколько его избили.

Я не понимаю, как мы добираемся до дома, осознаю лишь, как Андрей утыкается мне в шею и просит не уходить. А еще не верить чему-то…Чему? Я не могу разобрать, но в конце поездки, он хватает меня за подбородок и сдавленно шепчет у самых губ:

— Не верь всему, что тебе скажут плохого обо мне, не верь.

Паника начинает расползаться по телу, сковывать и выжимать из меня все соки. Мелькающие сквозь незатонированные окна авто яркие огни улицы освещают отекшее лицо и придают ситуации еще более плачевный вид.

Борис помогает нам добраться до квартиры, усаживает драгоценную ношу на кровь и помогает снять с Андрея ботинки под ворчание последнего.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Может мне остаться? Помочь?

Я отрицательно покачиваю головой, посматривая попутно на часы. 11 ночи, зачем человека задерживать больше, чем это нужно. Я не такая уж и слабая, чтобы обработать раны и уложить спать. Меня словно напитывало желание помочь ему. Пустота в душе медленно, но верно заполняется им. До остатка.

— Спасибо вам, я справлюсь, — мужчина внимательно всматривается в мое лицо и поджимает губы.

— Если что, я на телефоне. Звони в любое время. И обработай ему лицо, — кривится и кивает на Андрея.