Мальчишник. Райское наслаждение

— Возьми меня! — выдохнула я. Я как будто давала ему понять, что все происходит по моей воле. Стоит мне остановиться, и все исчезнет. Не будет ни мужчины, ни этих ласк, ни предчувствия райского наслаждения.

Ни слова в ответ. Платон притянул меня к себе. Отвердевшая плоть скользила между ног, затрепетала, ткнулась в живот, явно теряя ориентацию. Я уже было решила, что сейчас меня ожидает самый нетрадиционный половой акт в жизни. Не могу сказать, что это меня обрадовало, но, в конце концов, любой сексуальный опыт имеет право на существование. Мне скоро тридцать, я должна все попробовать! Моя решительность сегодня совершенно не соответствовала моему всегдашнему состоянию. Куда подевалась та неуверенная в себе женщина, еще совсем недавно плакалась, что муж не понимает ее.

Воспоминание о Лузгине подействовало отрезвляюще. Что же я делаю? Я попыталась сбросить с себя разгоряченное, влажное тело, но не тут-то было. Он обрушился на меня всем своим весом. Вот где сила-то пригодилась. Только почему-то она меня не возбуждала. Я уже не понимала, чего хочу, это приключение было не нужно. Я все еще называла это «приключением».

Мужчина чутко уловил мою панику, нежно поцеловал меня в шею. Я изогнулась, пытаясь освободиться из крепких рук. Моя попытка потерпела фиаско. Он был гораздо сильнее меня. Время пришло. Я потеряла возможность даже вздохнуть и вздрогнула от резкой и одновременно сладкой боли — мужчина вошел в меня сильно, быстро, властно. Я подчинилась, задвигалась в его ритме. Волна наслаждения то приближалась, то снова уходила. Это была игра в кошки-мышки. Мужчина продлил мою муку. Я попыталась увидеть его лицо. Мои глаза привыкли к темноте, я была уверена, что теперь смогу рассмотреть его. Я хотела убедиться, что это действительно Платон. Я хотела увидеть его белокурые волосы, его сияющие при лунном свете глаза. Дались мне они! Я мотнула головой. Его горячие ладони сжали ее, не давая повернуться.

— Приготовься, — прошептал Платон, движения его становились все более резкими, темп нарастал.

— Нет, нет! — кричала я. — Еще, еще!

Это было несправедливо. Ведь я еще не испытала оргазма! Это не должно закончиться как обычно — моей неудовлетворенностью. Не для того я пошла на такую авантюру! Но меня никто не слушал. Еще мгновение — и мир его разлетелся на осколки. Пробрался в мой дом, негодяй, воспользовался моей беззащитностью, чтобы удовлетворить свою похоть. Этот эгоист не думал о том, чтобы доставить удовольствие мне! Маньяк! Боже мой! А вдруг это на самом деле маньяк? Сейчас он получит наивысшее удовольствие, изольется в меня своей спермой, а потом задушит подушкой. Подушка на диване, мы на ковре. Значит, задушит… Я почувствовала, что близка к обмороку. К тому же движения его стали слишком резкими. В сексуальных трактатах это называется петушиным ударом, так вот я этого не люблю. Я удивлялась, что еще способна анализировать. Видимо, мой организм задействовал какие-то дополнительные возможности. Следующая мысль была вовсе неутешительной: мы занимались небезопасным сексом! Это никуда не годилось. Я подвергала опасности не только себя, но и Леву. Как же «вовремя» я о нем вспомнила. Я так трезво рассуждала, словно раньше, когда у меня были любовные связи, я предохранялась ради мужа, соблюдая чистоту наших отношений.