Женщины, которые вдохновляли
- Автор: Ушаков Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Мультимедийное издательство Стрельбицкого
- ISBN: 978-1-38-788211-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Женщины, которые вдохновляли». Краткое содержание книги:
О таких женщинах мы и расскажем в нашей книге.
Однако среди огромной толпы не было той единственной женщины, которая до последних минут владела сердцем великого музыканта. Той, о которой за несколько дней до смерти он сказал своему приятелю Франшому:
— Она говорила, что я умру у нее на руках, но она обманула меня…
Как и многие подобные романы, эта трагическая история тоже начиналась красиво.
Шопену было чуть больше двадцати, когда в 1831 году он покинул Варшаву ради столицы искусств.
Парижскую публику сразу покорили его полонезы, вальсы и мазурки, сохранявшие традиционную танцевальную форму и наполненные тончайшей поэзией и драматизмом.
Фредерик был прекрасным пианистом и поражал слушателей не только техническим совершенством, но и глубиной и искренностью исполнения.
Шопен и внешне соответствовал своей музыке. Он был среднего роста и хрупкого телосложения, и все его движения отличались грациозностью.
Его синие глаза поражали своей одухотворённостью, а в мягкой и тонкой улыбке крылась едва заметная ирония. Нежный цвет красивого лица, светлые шелковистые волосы и выразительно изогнутый нос привлекали к нему внимание всех, кто видел его.
Сын матери-польки и отца-француза, Шопен не был аристократом. Однако он держался с таким благородством и достоинством, что с ним невольно обращались как с князем.
Это был символ врождённого изящества и мужского целомудрия.
Может быть, именно поэтому он не любил большие аудитории всегда предпочитал играть для избранных.
Несмотря на невинную внешность, у него сложилась репутация сердцееда, перед которым не могли устоять самые прекрасные женщины.
Его сила была в изяществе, легкости, блестящем остроумии, не говоря уже о самом главном — музыке, которой заслушивались и восхищались.
Романтическая внешность Шопена притягивала к нему женщин не меньше, чем его музыка. Однако женщины его привлекали не всегда с точки зрения секса.
Более того, в ранней молодости Шопен ощущал неодолимое влечение к своему другу Титусу Войцеховскому. Он забрасывал его любовными записками и любил целовать его в губы. С девушками он вел себя значительно сдержаннее.
Одно время он был влюблен в Констанцию Гладковскую, с которой учился музыке, но так и не сказал ей о своих чувствах. Только много лет спустя женщина с удивлением узнала о том, как много она когда-то значила для Шопена.
Соблазны Парижа не привлекли Шопена. Он перенес легкое венерическое заболевание, и это приключение отбило у него охоту к легкому флирту.
Более того, Шопен всегда мечтал иметь свою семью. В 1836 году он сделал предложение Марии Водзинской, хорошенькой и музыкально одаренной дочери польского графа.
Она была согласна, однако ее родители были обеспокоены плохим здоровьем музыканта. Через некоторое время Шопен перестал получать от Марии письма и отбросил все мысли о женитьбе.
А потом наступил тот самый октябрьский вечер 1836 года. Целый день шел дождь, и на душе Шопена было тоскливо. Дождь всегда навевал на него тоску.
К вечеру ему стало совсем плохо. Бороться с хандрой в одиночку становилось все труднее, и он начал подумывать о том, что хорошо бы куда-нибудь пойти и развеяться.
На его счастье, в девятом часу к нему зашел Франшом. Обдав приятеля запахом дождя и крепкого табака, он сказал:
— Сегодня у графини д'Агу званый вечер. Пойдешь?
Обрадованный Шопен кивнул и быстро оделся. Приятели взяли карету и отправились по хорошо известному адресу. Всю дорогу Шопен молчал, но было в его лице нечто такое, что приятель спросил:
— Что с тобой, Фредерик? У тебя такое лицо, словно ты сейчас играешь долго не дававшуюся тебе мелодию!
— Не знаю, — пожал плечами Шопен. — Может быть, — после небольшой паузы сказал он, — это только предчувствие этой самой мелодии…
В большой зале было светло и пахло фиалками. Появление знаменитого музыканта вызвало самую настоящую сенсацию. Конечно, его попросили поиграть.
Шопен слегка поклонился и сел за инструмент. В тот вечер он был в ударе. Светлые прозрачные, как хрусталь, звуки музыки наполнили зал.
Забыв обо всем на свете, Шопен импровизировал и наяву грезил о великой силе любви, о великой страсти, соединяющей людей, и великих страданий, которые всегда сопровождали великую любовь.
Он играл настолько проникновенно, что другой великий композитор и пианист Ференц Лист слушал его с закрытыми глазами, погружаясь в открывшийся ему чудный мир любви и грусти.