Мятежница [calibre 3.46.0]

— Ты обязана сохранить жизнь моему ребёнку, — пророкотал он приказ.

— Дочь. Эйлин, — напомнила я ему.

— Эйлин, — повторил он, и на мгновение его голос дрогнул, а взгляд вновь устремился к Идаль.

— Ты любил её? — даже не знаю, почему задала этот вопрос.

Может, хотела убедиться в правильности принятого решения. И хоть немного оправдать себя.

— Любовь недоступна бессмертным, — отрезал он, стремительно отворачиваясь от меня, чтобы пройти к боксу с ребёнком.

— Мы оба знаем, что это не так, — мои слова заставили его приостановиться.

— Нет, не любил, — бесцветным голосом произнёс он, так и не обернувшись.

Глава 11

Гезария подошёл к боксу. Малышка сучила ножками и ручками, пока медбрат ей занимался, и громко плакала. Совсем ещё кроха, но уже со сложной судьбой. Серафим отвернулся от ребёнка, стоило мне приблизиться. Лицо его приобрело каменное безразличие.

— Я хочу её забрать, — сообщил он с намёком, явно ожидая от меня инструкций.

— Ребёнок родился раньше срока. Нужно обеспечить ему наблюдение врачей. В штаб-квартире нет подходящих специалистов. Тебе лучше связаться с нашим знакомым, чтобы он всё устроил.

Гезария кивнул, принимая к сведению и обдумывая мои слова.

— Я могу договориться сама, а ты останешься с дочерью. Здесь не ловит связь, не получится дозвониться.

— Мне бы хотелось уйти прямо сейчас. С дочерью, — поиграв желваками на щеках, он вновь взглянул на ребёнка. — Стражам я не доверяю совершенно. При ней останутся мои ишимы.

— Как знаешь, — пожала я плечами. — Мне надо разобраться с Джибриэлем и Высшими.

— Что он делает? — внезапно спросил Гезария, обратив взгляд к койке с Идаль, возле которой возился Джесси.

— Готовит тело. Ты же её заберёшь?

— Зачем? — скривился он. — Она сбежала, подвергла моего ребёнка опасности и в итоге лишилась возможности объединиться с Источником. Возврат тела в Эдем этого не изменит. Идаль получила по заслугам.

— В её побеге виноват ты, — напомнила я ему зло. — Если бы ты не вмешался в её жизнь, она была бы жива.

— Осторожнее, печатница, — недовольно прищурился он.

— Я осторожна. Потому ты можешь только догадываться, что я о тебе думаю после этого, — произнесла ровно, указав на погибшую. — Мне нужно наверх. Ты точно не останешься?

— Наверху у меня больше власти.

— Да, здесь ты бессилен, — не удержалась я от укола.

— Как и ты, — хмыкнул он.