Предназначение демона (СИ)

Однако единственный сын, проявлявший сходство с возлюбленной в каждом жесте, взгляде, движении, вызывал в повелителе только нарастающее раздражение. Это смущало приближенных демонов, но кто осмелится выяснять причины.

— Непризнанная сильнее, чем мы полагали. Ее способности передаются через связь наследнику, увеличивая его мощь.

— И умножая ярость. — Скучающий тон лишь усиливал волнение советника.

Сатана снова отвернулся к портрету, длинные пальцы двигались в воздухе, словно перебирая клавиши рояля или струны арфы.

— Гнев принца по прежнему неподвластен контролю из вне.

— Люцифер ненавидит саму возможность подчинения. Его своенравное сознание никогда не покорится, даже предназначению.

Король замолчал. Внутри Абаддона все сжалось от неприятного предчувствия. Задача, негласно поставленная перед ним, была с треском провалена, а значит его будущее, да и жизнь сейчас висели на волоске.

— Вы свободны, советник.

Последняя фраза властителя прозвучала, как приказ о помиловании. Не желая гневить судьбу дальше, демон быстро, нервно поклонился и поспешил покинуть неприятную компанию.

— И держите до поры, язык за зубами.

— Разумеется, милорд.

Дверь с грохотом захлопнулась, вызывая невольный облегченный вздох у главного адского разрушителя.

========== Танго ==========

Комментарий к Танго

Инкуб - демон, являющийся женщинам в образе идеального, в их понимании, мужчины и соблазняющий, питаясь жизненной силой. По легендам, страдания брошенных им дам также наполняют его.

Суккуб - дьяволица, которая является во снах мужчинам, для того чтобы совратить их через секс. Повторяющиеся связи с суккубом могут ухудшить здоровье, ментальное состояние, и даже привести к смерти.

Фернет (fernet) — горький ликёр итальянского происхождения, наиболее горький и крепкий из итальянских травяных ликеров-биттеров (амаро). Обычно не употребляется в чистом виде, из-за крепости и горечи, а разбавляется коктейлями, колой, мороженым, но сильный привкус все равно подавляет вкус других ингредиентов.

Люцифер поднял мой подбородок, чтобы поймать взгляд.

— Погуляешь со мной сегодня вечером?

Сердце восторженно забилось, но мне было трудно определить, чьи эмоции преобладали в сознании, его или мои собственные. Я мягко высвободилась из полуобъятий и отошла в сторону.

— Что ты задумал?

— Хочу провести время с возлюбленной. Наедине. — Бархатный, издевательски-насмешливый шепот забирался под одежду, струился по коже.

— Прекрати, Люцифер, мы оба знаем, что ты меня не любишь. — Озвучив собственные мысли, я едва не расплакалась от понимания их справедливости.

Винный взор потемнел, наследник смотрел исподлобья, внимательно и сосредоточенно, мое смятение вызывало в нем неприятное непонимание.

— В чем ты обвиняешь меня, птичка?

Я опустила глаза, потом вновь подняла.

— Ты шутишь важными для меня вещами. Больше ни в чем.

Как я могла винить его? Безукоризненно правильное поведение предназначенного демона было образцовым, показательным, статусным. Принц ада превосходно справлялся со своими обязанностями. Он даже проникся симпатией ко мне, каким-то снисходительным сожалением и безусловно хотел, как мужчина женщину.

Вот только глубоко, в недрах царственной души, властвовали пустота и непонимание. Демон Люцифер, не принц, а просто демон, не знал, что испытывать к непризнанной Уокер, не желал проявить привязанность, считая ее слабостью. Я прекрасно чувствовала это и, наверное, даже где-то разделяла его состояние, ощущая себя выданной замуж по расчету, но дышать от таких мыслей становилось труднее.

— Давай не будем торопить события. Сегодня, к тому же, много нужно выучить. Лучше в другой раз.

Губы наследника тронула ухмылка, не предвещающая покорности судьбе, а во взгляд вернулось беззаботное, издевательское веселье.

— Что ж. Как скажешь.

Неловкость мешала сосредоточиться.

— Ну, мне пора.

— До вечера, птичка.

Моя попытка возразить, похоже была проигнорирована, поскольку алоглазый уже непринужденно развернулся и отправился по своим царственным делам.

***

День догорал и мы, с Мими пришли в комнату, чтобы переодеться и доделать задания на завтра.

На кровати стояла черная коробка.

— Подарки, бестия!

Сердце забилось быстрее, при мысли о том, кто прислал ее. Внутри было ярко-алое платье в испанском стиле и черные туфли на высоких устойчивых каблуках.

— Отлично. Я теперь танцую фламенко. — Слава Шепфа, не роба монаха Шаолиня.

— Боюсь, не в твоем положении сопротивляться, крошка. — Ехидно подмигнула Мими.

Мои пальцы подцепили записку, написанную знакомым наклонным почерком.

«Не хотелось бы отвлекать от благого дела — обучения, но в аду идёт подготовка к приему в честь нашего предназначения. С сегодняшнего дня мы учим тебя сносно танцевать. Тема этого урока — танго. Будь готова к семи.»