Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11
- Автор: Сорокин Геннадий Геннадьевич, Новицкий Евгений Игоревич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Интернет издательство "Vitovt"
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11». Краткое содержание книги:
Мы посмотрели в глаза друг другу.
«Чего еще от тебя ожидать?» — спрашивал его взгляд.
Я в ответ прикинулся Штирлицем, которого Мюллер заподозрил в прелюбодеянии с радисткой Кэт: «О чем вы, группенфюрер? Я уже пятый год импотент, а что нас голыми в кабинете застукали, так ведь жарко же было!»
Ничего не прочитав в моих глазах, Николаенко вышел в зал опрашивать Солодова.
До приезда следователя прокуратуры в квартире появились двое сотрудников КГБ в штатском. Первый был похож на молдаванина, на вид лет тридцать, худощавый, энергичный. Второй — примерно ровесник Николаенко, прической — вылитый комбриг Котовский.
— Обыск уже проводили? — начальственным тоном спросил он.
— Нет еще, — ответил Николаенко. — Мы только что приехали.
— Эй, ты, — заглянув на кухню, обратился ко мне лысый кагэбэшник, — иди за понятыми.
— Не могу, я доллары охраняю, — сказал я первое, что пришло на ум. Ходить по подъезду и зазывать граждан быть понятыми на обыске у соседа мне совсем не хотелось.
— А чего их охранять, убегут, что ли?
— Так положено по инструкции, — уверенно соврал я. — До приезда следователя за вещественные доказательства отвечает лицо, их обнаружившее.
— Всякую ерунду у вас в МВД насочиняют! Чего охранять, от кого?
— Не я же инструкцию придумал! — обиженным тоном сказал я.
— Да не о тебе речь! Сиди, охраняй, если так положено.
Он вышел в зал и отправил за понятыми одного из инспекторов, приехавших с Николаенко.
Обыск начался. Я сидел на кухне у разложенных на столе долларов, покуривал, смотрел в окно на играющих во дворе детей.
— А это что? — раздался из зала голос лысого контрразведчика.
— Стихотворение шуточное, — недоуменно ответил Солодов.
— Оба! Где это было? — спросил молдаванин.
— В фотоальбоме, где же еще такую мерзость хранить. Нет, вы только послушайте. — Старший чекист откашлялся и прочел:
«По Советскому Союзу цены снижены опять, Авторучки на пятнадцать, а гармонь на двадцать пять».
«Господи, — мысленно взмолился я, — зачем ты послал ко мне этого дебила Солодова? Я же по-человечески спрашивал его: есть в доме что-то запрещенное? Ничего нет! Кроме стишка антисоветского. Ладно бы нам, ментам, попался, мы бы глаза на эту ересь закрыли, а то, как специально, сотрудникам КГБ влетел».
— Откуда это у тебя? — грозным голосом спросил старший чекист.
«Господи! Пускай он скажет, что стишок не его, а от покойной бабки остался!»
Но бог не слышал меня. Седьмой час вечера. Небесная канцелярия уже не работала.
— С работы принес. — Судя по интонации, Солодов все еще не осознавал, что произошло.
— Слышал? — спросил лысый.
— Слышал, слышал! — радостно ответил молдаванин. — Будет над чем поработать.
— Товарищи, — залепетал Солодов, — а что в этом стишке такого?
— Что такого? — с места, без всякого перехода взревел старший контрразведчик. — Да это вовсе не стишок, а гнуснейший антисоветский пасквиль! Это злобная клевета на наш народ, на внутреннюю и внешнюю политику Коммунистической партии и Советского государства. Сейчас я тебе зачитаю, гаденыш, что тут написано…
— Да не надо, — неожиданно вмешался Николаенко. — Знаем мы этот стишок.
— Я вам все еще раз объясняю, — жестко сказал лысый, — это не стишок, а текст антисоветского содержания, хранение и распространение которого преследуется по закону. Или вы не согласны со мной? Вы только послушайте, о чем это. Вот хотя бы с середины:
«…Яйца видим только в бане, между ног у дяди Вани».
Это что же ты, подонок, в наших магазинах яиц в продаже не видел? А ну, пошли со мной!
Они толпой вошли на кухню: хозяин квартиры, оба чекиста и Николаенко.
— Смотри! — Старший контрразведчик рывком открыл старенькую «Бирюсу».
На полках холодильника было небогато: заветривший кусок вареной колбасы, два плавленых сырка, кастрюлька со вчерашней кашей, полбутылки растительного масла, раскрытая баночка сметаны, упаковка каких-то лекарств в ампулах.
— Нет яиц! — сказал молдаванин.
— Это у него яиц нет, а у других советских людей есть! — выпалил лысый.
Я засмеялся. Забавный каламбур получился.
— Что смеешься, тоже этот стишок знаешь? — злобно спросил меня кагэбэшник.
— Тут я встал, развел руками! — процитировал я предпоследнюю строку стихотворения.
— Там же вроде бы другие слова? — удивился молдаванин.
— Осторожный парень, — сверившись с листочком, сказал лысый. — Не стал Ленина поминать, на себя заменил.