Лето возмездия [ЛП]

— Нет, но у них было похожее прошлое.

"Их смерть тоже была похожа,— подумала Эвелин. — Детский врач утонул, упав в открытый люк, а члену городского совета прилетело в лицо радио, когда начала открываться подушка безопасности. Не очень приятные способы уйти из жизни".

— Я наткнулся на три интересных детали... — Патрик зашуршал бумагами. — Первая: У Рудольфа Кислингера и Хайнца Пранге было по нескольку заявлений в полицию по поводу детской порнографии в интернете, но до разбирательств в суде так и не дошло. Якобы доказательств было слишком мало, поэтому прокурор закрыл уголовное дело через несколько недель.

Детская порнография! У Эвелин сдавило горло. Дело принимало оборот, который ей совершенно не нравился.

— Второе: Судя по выпискам из счетов обоих, которые я раздобыл — только не спрашивай как — они, начиная с 1998 года, раз в квартал переводили тысячу евро на анонимный счет. И это точно были не добровольные пожертвования детским домам.

— Сомнительные членские взносы?

— Возможно. Но, может, их и шантажировали. А теперь самое интересное: анонимный счет один и тот же. К сожалению, нельзя выяснить, кому он принадлежит.

Лицо Эвелин обдало жаром.

— Я знала, что помимо девушки в платье на бретельках, этих двоих связывает что-то еще!

— Я еще не закончил,— прервал ее Патрик.

Услышав шаги в коридоре, Эвелин инстинктивно убрала со стола ноги.

— Третий пункт самый интересный: Я выяснил, где были Кислингер и Пранге летом 1998 года, в то время, когда начались денежные выплаты...

За матовым стеклом двери появилась чья-то тень.

— ... и наткнулся на еще одно совпадение.

В дверь постучали, и вошел Крагер.

Эвелин убрала трубку от уха.

Крагер положил на стол визитную карточку.

— Это номер телефона Маттиаса Виндбихлера. Кстати, адвокатом истицы снова является доктор Джордан. Вы уже имели удовольствие познакомиться с ним.

Эвелин все еще слышала бормотание Патрика в трубке, но положила ее, даже не взглянув на визитную карточку.

— Я знаю, что Вы не хотите ничего слышать, но у Рудольфа Кислингера и Хайнца Пранге общее прошлое,— сказала она ледяным тоном.

Крагер покраснел, но она продолжила говорить. Не мог же он быть таким упрямым и не выслушать ее... Эвелин рассказала ему о денежных переводах, анонимном счете, фотографии девушки с длинными, тонкими волосами в летнем платье. Когда она упомянула телефонный разговор с Холобеком, Крагер не выдержал.

— Эвелин! — заорал он. — Мы не криминальная полиция, а адвокаты! — Он взял подшивку документов по делу Ангелика Боймлер против Маттиаса Виндбихлера и демонстративно ударил ей по столу. — Вот это ваше дело, и никакое другое! Я дал Вам шанс, но Вы не оставляете мне выбора. — Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. — Я даю Вам отпуск до конца недели. Что касается Ваших личных дел, то можете делать, что хотите. Выясняйте то, что должны выяснить, но пусть в Вашей голове, наконец, наступит просветление.