Подглядывающая

Never111: Сообщение оборвалось.

Серый: Не оборвалось. Я просто себя остановил.

Never111: ))

Серый: В зале много зрителей?

Я оглядываюсь – зал полный – и резко отворачиваюсь. Сердце бьется громко и быстро, будто внезапно увеличилось в размерах.

Я только что увидела, как мимо кресел заднего ряда пробирается к своему месту Эй. В пижонском костюме и белой рубашке. С гладко зачесанными волосами.

А за руку он держал брюнетку из бара.

Я не ожидала увидеть его. Я не ожидала увидеть ее. И, тем более, я не ожидала увидеть их вместе. Вжимаюсь в спинку кресла. Съезжаю пониже, насколько это возможно сделать, не привлекая внимания. Сердце громыхает так, что я не слышу происходящего на экране.

Ничего удивительного, что женщина, читающая книгу даже в баре, пришла на ретроспективу. Ничего удивительного, что после той жаркой встречи в баре ее сопровождает Эй. Скорее, странно, что здесь оказалась я. Но еще более странным кажется чувство в солнечном сплетении – мимолетное, но болезненное – которое я только что испытала.

Я ревную Эя?! Нет, это что-то другое.

Просто, я еще не разобралась, что именно.

Спохватываюсь. Смотрю на экран телефона.

Серый: Похоже, полный зал)

Серый: Эмма.

Серый: Или ты так увлекалась фильмом?

Серый: Я уже привыкаю, что ты вот так исчезаешь.

Серый: Нет, вру. Не привыкаю.

Never111: Я здесь.

Never111: Кино и вправду меня увлекло. Давай, немного посидим в тишине.

Серый: Конечно.

И, только спрятав телефон, я осознаю, что кино еще не началось – идут трейлеры предстоящих премьер.

Фильм я высиживаю, как на иголках, – при этом стараюсь не шевелиться. Так что к концу сеанса тело деревенеет, перестает меня слушаться.

Все время кажется, что Эй буравит взглядом мой затылок, хотя в такой темноте меня вряд ли можно отыскать, – даже если знать, что я здесь.

Финальные титры. Включается свет. Я поспешно вливаюсь в поток зрителей, которые спускаются по ступеням к выходу.

Не оглядываюсь.

Щеки пылают.

Как же медленно сползает со ступеней толпа!

Девушка передо мной, как назло, останавливается, копаясь в сумочке. Я не могу ждать – Эй где-то рядом, за моей спиной – и обхожу ее, подпирая локтем мужчину. Он говорит мне что-то снисходительно-ласковое. Прикрываю на секунду глаза – ну что еще случится за те секунды, пока я доберусь до выхода?

Вот она – свобода!

Вырываюсь на улицу, обтекаю девочек из статистической службы, зазывающих поучаствовать в опросе. Пара метров – и я скроюсь за углом кинотеатра. Но едва я подхожу к этому углу, как кто-то хватает меня за локоть – и втягивает в проем за рекламную стойку. Я оказываюсь прижатой к стене спиной. Надо мной, опираясь о стену ладонью, нависает Эй.

– Какого черта ты здесь делаешь?! – шипит он. – Могла бы просто позвонить!

Я будто снова теряю дар речи.

– Я не могу сейчас, приходи в бар, – продолжает удивлять меня Эй.

– Ффото? – выдавливаю я, раз уж встреча с Эем состоялась.

– Твои фото? Думаю, вопрос решен.

– Ддумаешь?!

– Да, решен, – Эй выглядывает за стойку – и снова нависает надо мной. – Послушай, – он склоняется к моему уху – и я невольно втягиваю воздух поглубже. Все же я соскучилась по его запаху. По его голосу. По ощущению его близости… Но это не то, без чего я не смогу прожить. – Эм, давай, начнем все сначала. Я серьезно. Приходи в бар. Я расскажу все, что знаю о ней, – он кивает на рекламную стойку, но, думаю, имеет в виду брюнетку. Я пытаюсь отстраниться, но Эй притягивает меня к себе. Шепчет, отчетливо разделяя слова: – А еще расскажу тебе, кто такой я. Мне терять нечего. Приходи!