Поляки в Западной Сибири в конце XIX – первой четверти XX века [litres]

Во второй половине XIX в. бурное развитие промышленности, транспорта, торговли, банковского дела, образовательных и развлекательных учреждений и частного предпринимательства потребовало массы людей, которые были способны на квалифицированном уровне обслуживать данные сферы хозяйства[441].

Часть поляков, проживавших в городах Сибири, были заняты в частных коммерческих фирмах и банках, а также являлись агентами страховых обществ. Один из них – Тадеуш Вилейко, дворянин Виленской губернии, проживавший в Барнауле. В 1914–1915 гг. он являлся управляющим Сибирского банка в Барнауле[442]. Директором отделения Русско-Азиатского банка в Барнауле являлся Э. И. Новицкий[443]. В 1914–1915 гг. Вилейко возглавлял местное отделение ПОПЖВ, а Новицкий являлся кандидатом в члены правления общества[444].

Инженер Юзеф Дитрих в начале XX в. являлся управляющим кожевенного завода Колмогоровых в Тюмени. Дитрих принимал активное участие в жизни католической общины, являясь в 1903 г. синдиком местного костела[445]. В 1913 г. в Омске коммивояжером акционерного общества «Эльворти», которое специализировалось на поставках земледельческих машин и двигателей, работал Владислав Гаевский[446].

В конце XIX – начале XX в. в Томске и Барнауле проживала семья потомственных дворян Гордзялковских. В 1889 г. членами-посетителями Императорского музыкального общества в Томске являлись В. А. Гордзялковский и И. А. Гордзялковская[447]. Людвик Андреевич Гордзялковский являлся доверенным общества «Любимов, Сольвэ и К°» в Барнауле[448]. Акционерное общество «Любимов, Сольвэ и К°» специализировалось на производстве соды. На реке Барнаул находился содовый завод общества. Доверенным купца 1-й гильдии Прохора Андреева, торговавшего в Томске кожевенными товарами и сукном собственной фабрики, в 1903–1905 гг. являлся Антон Маньковский, который также исполнял обязанности старшины Томской торговой биржи[449].

Достаточно широко поляки в Сибири были представлены в рядах чиновников. Под чиновничеством мы имеем в виду лиц, которые находились на гражданской государственной службе. В России к чиновникам причисляли тех, кто имел чины. Тех, кто чина не имел, к примеру, канцелярских служащих, чиновниками не считали[450]. Представители польской интеллигенции были лишены возможности занимать должности в административном управлении Царства Польского. А. И. Миллер предпринял попытку классифицировать различные проявления русификации в Российской империи. Среди распространенных приемов в политике российских властей исследователи называют «кадровую» русификацию[451].