Я приду за тобой

Окинув взглядом спящий пока ещё табор, утопающий в густом мареве, поспешно сбегаю вниз по ступенькам и направляюсь к речке. Пора начинать новый день.

Приведя себя в порядок, насколько это возможно, я решаю первым делом отправиться к Родне. Она мне аванс вообще-то обещала. Монету я, подумав, ещё когда проснулась, спрятала во внутренний карман своего тонкого суконного жакета. Там надёжней, чем в сумке.

Хозяйку табора застаю у её кибитки. И, поздоровавшись, застываю в сторонке, ожидая пока она умоется возле умывальника.

— Экий ты ранний, — ворчит незлобно, вытирая лицо льняным полотенцем. Бросает на меня насмешливый взгляд. — Не сбежал, смотрю?

— Нет, — качаю головой. Смотрю на неё уверенно и твёрдо: — И долг вам верну, как и договаривались. Можно мне аванс, который вы обещали? Когда будет время сегодня, схожу в город за покупками.

— А чего ж нельзя, раз обещала, — благодушно щерится ведьма, показывая золотые зубы. Повесив полотенце на небольшой крючок, приделанный к стояку умывальника, и приглашающе махнув мне рукой, идёт к двери своей кибитки. — Микула тебя хвалил. Остаёшься при нём постоянным помощником. Предупредишь, что тебе нужно отлучиться в город.

Пока она ищет в своём кошеле мой законно-заработанный медяк, или сколько там мне положено в качестве аванса, я терпеливо жду у порога. Слова о похвале Микулы отзываются на душе приятным теплом, почти стерев ту настороженность, которую я начала испытывать к нему вчера. И, не окажись он оборотнем, я бы несказанно радовалась сейчас.

Но он оборотень.

И дело даже не в том, что я боюсь подобных ему. Просто, это означает, что Микула легче многих может меня раскусить. И сдать князю волков. Мэтр Гануш ведь говорил, что под руку Дамиана Волдхарда даже медведи пошли.

Хотя… у меня ведь есть возможность сбить волка со своего следа. Надо только придумать, как это грамотно сделать. Пока что я совершенно не знаю, что ему сказать, когда явится. А он явится. Это точно.

Родна вручает мне вместо одного медяка, целых три, несказанно удивив такой щедростью. Но спорить я, конечно же даже не пытаюсь. Ещё неизвестно, получится ли у меня без проблем поменять сегодня золотой. Так что, поблагодарив старую ведьму, прячу свою первую в этом мире зарплату в хлипкий кошель и, засунув его в другой внутренний карман жакета, отправляюсь искать своего начальника.

Микула, конечно же, обнаруживается в зверинце.

— Доброе утро, — здороваюсь, проходя во всё ещё полностью накрытый брезентом и оттого довольно тёмный павильон с клетками.

— Доброе, — роняет тот, задумчиво рассматривая мешки с фуражом. Прищурившись, перетаскивает парочку с места на место, переворачивает, морщится, потрогав потемневшие бока.

— Что-то с кормом? Промок? — интересуюсь, наблюдая за мужчиной со стороны.

— Да, несколько мешков подмокли. Ветром сорвало брезент с одной стороны, — Микула кивает на прореху в укрытии павильона. — Ты случайно не воздушник? Или может огневик?