Единственная. Твоя

Кажется, ее ор услышала вся улица.

А Любаве было не стыдно! В конце концов, сколько можно наблюдать, как два мужика ведут себя словно сопливые пацаны, которые игрушку не поделили?!

В доме наконец-то воцарилась тишина.

Владимир смотрел виноватыми глазами, а Данияр… Она не могла разобрать выражение его лица. Словно каменная маска, за которую никак не заглянуть.

— Прости, Любава, — первым отмер Владимир. — Я не должен был…

Его речь прервала трель мобильного. Мужчина схватился за телефон и помрачнел так, что Любава всерьез испугалась.

— Что такое? — пискнула севшим голосом.

Но кто ей ответит! Владимир никогда не распространялся о работе. Говорил, что это не ее проблемы. Вот и сейчас выдал дежурную улыбку:

— Надо кое-что утрясти. Насчет того негодяя, который тебя толкнул. Видимо, это действительно случайность, а не заказ, но стоит проверить. Не волнуйся. Я вернусь сегодня. Должен… — и, бросив на Данияра полный неприязни взгляд, добавил: — Вокруг дома охрана. Если они хотя бы заподозрят неладное, ты крупно пожалеешь, что вообще здесь появился.

Только угроз ей не хватало! Но Данияр неожиданно мирно ответил:

— Понимаю. С твоей девушкой ничего не случится, обещаю.

Кажется, Владимир растерялся. А она только крепче губы стиснула и отвернулась, стараясь скрыть внезапную обиду. Нельзя Данияра поправлять, но так хотелось крикнуть, что она никакая не девушка Владимиру и вряд ли станет. Такой мужчина достоин настоящей любви, а не отношений из одолжения или безысходности.

— Очень надеюсь, — медленно ответил Владимир.

И, будто утверждая свое право, подошел к ней, мазнул поцелуем по щеке и был таков.

Любава осторожно прикрыла дверь. На Данияра старалась не смотреть — почему-то казалось, что мужчина едва держится, и вот-вот начнет метаться по дому диким зверем или бросится догонять Владимира, чтобы драку устроить.

— Постелю тебе в зале, — откашлялась, направляясь в спальню родителей.

Где-то у них лежало запасное постельное белье.

Гости в их доме бывали очень редко, поэтому мама хранила стопки белья и полотенец на самой верхней полке. Там Любава еще не убиралась… Как-то не дошли руки. Ох, только бы все чистое было…

Любава схватилась за стул, чтобы заглянуть на верхнюю полку, но в дверном проеме возник Данияр.

— Помочь? — глянул на шкаф.

Любава закусила губу и кивнула. Данияр высокий, почти как этот шкаф. И такой же тяжеловесный и мощный. Она хорошо помнила игру мышц под загорелой кожей, и как легко он шагал с ней на руках.

А Данияр бросил на нее свой фирменный нечитабельный взгляд и открыл среднюю дверцу.

Потянул к себе сразу всю стопку белья, а следом выпала какая-то папка, из которой выскользнули пару листов.

Любава бросилась поднимать их.