История войны и владычества русских на Кавказе. Назначение А.П. Ермолова наместником на Кавказе. Том 6 [litres]

С очищением стен в самой крепости начался отчаянный рукопашный бой. «Мышцы рук, по словам персидского историка, от взмаха и опускания меча, а пальцы от взвода и спуска ружейного курка в продолжение шести часов были лишены всякой возможности насладиться отдохновением. Бой на стенах и в крепости и был до того кровопролитен, что от грома и молнии пушечных ружейных выстрелов даже сами облака разразились каплями кровавого дождя».

Крепость была взята, несмотря на то что защищалась Садык-ханом, одним из лучших и храбрейших персидских военачальников, что в ней было 4000 гарнизона, и в том числе два батальона регулярной пехоты. В самой крепости неприятель защищался отчаянно, и Садык-хан с другими десятью ханами славною смертью завершили защиту крепости. Урон наш был также весьма значителен; мы потеряли убитыми: 16 штаб– и обер-офицеров и 825 человек нижних чинов; ранеными: 25 штаб– и обер-офицеров и 584 нижних чинов[145]. Персияне потеряли одними убитыми 3737 человек; кроме того, многие бросались через стену в Ленкорань, но тонули, преследуемые и там пулями роты, посланной для фальшивой атаки, и под картечью двух орудий, поставленных на противоположном берегу, под прикрытием 80 человек пехоты. В крепости найдено два знамени, 8 орудий, много снарядов, серебряная булава Садык-хана и магазин с провиантом. «Я сам получил три раны, – доносил Котляревский Ртищеву, – и благодарю Бога, благословившего запечатлеть успех дела сего собственною моею кровью. Надеюсь, что сей же самый успех облегчит страдания мои. Впрочем, никакая потеря не может сравниться с важностью взятия крепости…

Пусть строгая тактика называет штурм сей дерзостью. В позднейшие времена передастся, что 1500 чел. русских штурмовали крепость, защищаемую 4000 персиян; передастся также и то, что девиз штурмового отряда был всем умереть или взять крепость, и потомство возвеселится рвению к славе своих предшественников»[146].

«Сим штурмом, – писал он позже[147], – достойно запечатлен 1812 год, и как при воспоминании сего незабвенного для России года всякий россиянин возвысится духом, так при имени Ленкорани персиянин вздрогнет и преклонит колено славе русской».

С падением Ленкорани персияне очистили Талышинское ханство, и власть Мир-Мустафа-хана была восстановлена. «Известие о взятии Ленкорани, – говорит персидский историк, – присоединясь к молве об Асландузском сражении, породило в делах Ирана некоторую слабость. Персидские военачальники спешили обратить свои лица к стороне Тавриза», т. е. попросту бежали. Аббас-Мирза, спешивший из Тавриза на защиту столь важного пункта и узнавший на пути о падении крепости, остановился в Мешкине. Он был крайне обескуражен; потеря его в два последние месяца превосходила ту, которую имели персияне почти с самого начала войны с Россиею; лучшие его регулярные войска или легли на поле брани, или были расстроены так, что долго не могли служить ему пособием. Принцу не оставалось ничего более, как возвратиться в Тавриз, – он так и сделал.