Стратегия обмана. Трилогия (СИ)

   - Вы разочарованы, как я вижу. Но ведь когда-то я предупреждал вас, что всё произойдет именно так. Я предлагал вам бросить эту затею с борьбой, но вы отказались.

   - Помнится, ты предлагал мне уехать с тобой.

   - Готов предложить это ещё раз.

   - Да брось, - отмахнулась она. - У меня выслуга двенадцать лет, а если учесть протестное движение, то все четырнадцать. С таким стажем и опытом на покой так просто не уходят.

   - Тогда сбегите.

   - Куда?

   - Мир огромен.

   - Ну-ну, - недоверчиво буркнула она и, искоса посмотрев на Сарваша, призналась. - Меня заставляют делать то, чего я не хочу, а теперь ещё и то, что не могу. Я знаю такие вещи, за которые проще убить, чем предлагать подписку о неразглашении и следить за её исполнением.

   - Вас убить невозможно, - на всякий случай напомнил он юной альварессе.

   - Мне от этого не легче, - произнесла она с плохо скрываемой грустью и откинула сигарету.

   Сарваш понял, что настал момент, когда нервы женщины обнажены и можно воздействовать исключительно на её эмоции. Он подошел к ней вплотную и, положив одну руку ей на плечо, другой ласково провел по щеке:

   - Хотите решить все проблемы самостоятельно? - ласково спросил он, глядя в её растроганные глаза.

   Александра вздохнула и кратко кивнула.

   - А если не получится? - продолжал он.

   На это она изобразила недоумение и лишь пожала плечами.

   - А если я хочу помочь.

   - Как? - наконец заговорила она, при этом вопросительно вздернув бровью.

   Сарваш улыбнулся, поняв, что теперь она хочет его слушать:

   - Для начала я куплю два билета в Доминикану и сниму для нас виллу. Ах да, вы наверное презираете буржуазный образ жизни. Тогда вилла будет скромной. Но если вы захотите бунгало или шалаш, я рассмотрю и это вариант.

   Алекс улыбнулась и едва слышно рассмеялась, замотав головой:

   - Я девять лет прожила в пустыне, ненавижу жару и солнце.

   - Хорошо, - тут же отреагировал Сарваш, - тогда уедем в Исландию, тепла и солнца там мало, зато много чудес суровой природы. Снимем уединенный домик в глуши и будем наведываться в Рейкьявик только по выходным.

   - Сарваш, - снисходительно, но все же с улыбкой глядя на него, произнесла Александра, - какая еще исландская глушь? Что ты там собираешься делать?

   Он только пожал плечами:

   - Я абсолютно свободен, вы же сами видели, что начальника у меня больше нет.

   То ли напоминание о покойном Кальви под мостом, то ли что-то ещё, неведомое Сарвашу, но Александра заметно погрустнела и отвернулась. Сарваш склонился к её уху и тихо прошептал:

   - Не бойтесь, я не оставлю вас. Я буду рядом, и никто не посмеет обидеть вас, Александра...

   Он и сам не заметил, как слова иссякли и невольно в ход для большей убедительности пошли поцелуи. Сначала мочка уха, потом скула, губы. Их поцелуй длился долго и размеренно. Когда Александра разорвала его и отстранилась, то сказала до обидного сухо:

   - Езжай в Исландию сам. Мне некогда. На войне нет времени и места для любви.