Во все Имперские. Том 4. Петербург
- Автор: Беренцев Альберт
- Серия: Сдохни, бояръаниме! #4
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Во все Имперские. Том 4. Петербург». Краткое содержание книги:
Это крупнейший город мира, его население составляет 120 миллионов человек, с учетом нелегалов. Здесь элитные ложи магократов предаются тайнам запретной и древней магии, каждый второй — агент Охранного Отделения, а аура фонит так, что горожане часто сходят с ума.
А еще здесь по улицам бродят вампирши, на заброшенных ветках метро обосновались хтонические культы, а где-то в Немецком квартале скрывается законный Император без пальца…
Сумеют ли барон Нагибин и его кореша совладать с этим городом?
Я не поверил своим глазам.
Заклинание попало в цель. Через секунду я с ужасом осознал, что почти полностью ослеп. В ушах у меня стоял невыносимый шум, я утратил остатки координации и осел на пол, руки и ноги меня больше не слушались.
Это еще что за дерьмо? Разве Нагибины такое умеют? И где он впитал это заклинание?
В голове у меня как будто бушевал океан, мое тело обмякло и потеряло всякую управляемость. Я теперь ощущал себя буквально мешком с костями.
Сквозь оглушительный шум в ушах я услышал, как людоед пробасил:
— Сбраживание мозга. Я тебе мозги сбродил. Это твое родоклановое. Вы же сбраживаете. Нагибинское заклятие. Нагибинское для Нагибина. Ля. Я впитал его, когда сожрал желудок твоего отца. А сейчас я сожру твой!
Сожрал желудок моего отца? Это было похоже на правду. Иначе откуда у Людоедова вот это сбраживающее заклинание?
Значит, дядя все-таки солгал мне. Смерть моих родителей явно не была несчастным случаем, произошедшим во время неведомого ритуала. Нет, их убили. Вот этот ублюдок Людоедов и убил.
Я попытался пробормотать ругательство, но губы уже не слушались. Сбраживание мозга — это вам не ерунда. Я даже успел пожалеть, что я Лунный маг, и мне недоступна родоклановая магия Нагибиных.
Я едва мог видеть, но смог рассмотреть приближавшиеся ко мне размытые силуэты — Людоедова и уже полностью отрегенерировавшего после ожогов дядю. Одежда дяди превратилась в горелые ошметки, но в руке дяди блестел серп — он видимо подобрал его возле трупа давильщика магии.
По пути ко мне дядя вырубил Шаманова ударом кованого сапога по затылку.
— Отойди, — приказал дядя Людоедову, — Я сам его прикончу. Это же мой племянник, в конце концов.
— Хочу его желудок! — потребовал Людоедов.
— И ты его получишь… Если, конечно, племянник не раскается и не согласится сотрудничать.
— После того, как ты скормил своему дружку желудок моего отца? — слабо пробормотал я, — Да пошел ты нахуй, вот что.
— Ну, как знаешь… Вообще, я правда не планировал убивать тебя, племяша. Но я вижу, что ты Лунный маг. Это сильно осложняет дело. Так что теперь мне придется с тобой покончить, увы. Тем не менее, помни, что ты сам сделал свой выбор.
Дядя замахнулся на меня серпом.
Вот теперь, похоже, точно всё. Шаманов в ближайшее время точно не оклемается, а сам я практически полностью парализован.
Сдохну от рук родного дяди, мда…
Глава 80. Последний людоед
«…Гунны окружили Северную Крепость и начали осаду.
Стояла ранняя весна, припасов было мало. Голод в Крепости начался уже через половину Луны.
Князь отказался сдаться на милость гуннов и приказал есть собак и лошадей. Когда собаки и лошади были съедены, защитники Крепости перешли на ремни, сапоги и кожаные дублеты.
Но кончились и они, а гунны не снимали осады.
Тогда Князь позвал своего управителя — толстого ключаря Крепости, своего раба.
Князь распорядился, чтобы воины ели его. Но воинов объял великий ужас. Священник стал перечить Князю и предложил сдаться.
Толстый ключарь попытался бежать, но Князь лично перерезал ему горло, а потом взрезал пузо ключаря и на глазах у воинов и домочадцев съел кусок мяса из живота изменника.
Тогда воины обрели храбрость, глядя на своего Господина. Они съели управителя, а следом и священника.
Еще через половину Луны есть начали самых ослабевших холопов, потом — обессиленных воинов и дружинников.
Когда был пожран последний воин, Князь позвал своего возлюбленного сына — наследника Крепости и клана.
Князь и Сын отрезали руку Сына и вместе вкушали её под соусом из крови.
Потом съедены были остальные домочадцы, и никого не осталось, кроме Князя, его беременной жены и его Сына без руки.
Но Князь с женой съели ноги Сына, и вторую руку Сына, и всего остального Сына. А еще через день съели и эмбрион из живота жены Князя, коего Князь лично вырезал родовым топором.
— Теперь осталась лишь ты, любовь моя, — сказал Князь жене.
И он ел свою жену, а когда та была поглощена — Князь начал есть себя и съел собственные руки, собственное сердце и собственный желудок, и собственные потроха, и голову…
И не осталось у Князя ничего, кроме ног.
И когда остался Князь один в Крепости — на ногах своих он вышел к гуннам, осаждавшим Крепость.
И узрев ноги, пришли гунны в великий ужас.
— Как ходят эти ноги? — вскричали гунны в страхе.
— Орра хром’кла рррам’нтар шахр’ — взревели ноги Князя, — Мы живы лишь магией, поглощенных и пожранных нами!
И бежали гунны, трепеща.
А Ноги Князя двинулись по миру и всюду несли смерть и ужас, и пир пожирания…»