Где деньги, мародер?

— Что еще за местная нечисть? — спросил я.

— Да мелочевка всякая, — Борис дернул плечом. — Болотники, там, осинные полозы… В общем, когда он помер, тут какая-то заваруха вроде как приключилась, и дом бросили. Заколотили и не заходили. Остальные первые постройки посносили давно, а эта осталась. А потом в нее кто-то из мародеров забрел. И никто его на кусочки не порвал. В общем, с тех пор это наш штаб. А всякие ужасы мы и дальше разносим, чтобы не совался никто.

Мы свернули на узкую тропинку, которую я прекрасно помнил еще с ночи. Впереди шел Борис, за ним я, а замыкающим — Йован. Было заметно, что он уже остыл, но отступать от разборки не намерен. Иногда даже шипел сквозь зубы какие-то ругательства. Было неразборчиво, но по интонации понятно.

Борис подошел к двери и пошарил рукой над косяком. Да уж, похоже, мародеры и правда считают, что их убежище в полной безопасности, раз ключ хранят в таком месте.

Следы ночной гулянки были довольно сносно устранены. Не сказать, чтобы внутри царил идеальный порядок, но на первый взгляд точно не скажешь, что буквально несколько часов назад здесь царили разгул, разврат и вакханалия. Столы сдвинуты к стенам, стулья и табуретки тоже как-то упорядочены. Центр комнаты свободен. Как по заказу, прямо. Я остановился на середине и повернулся к Йовану.

— Ну так что, рогоносец, начнем уже? — сказал я. В принципе, по лицу Йована было понятно, что он был почти готов как-нибудь мирно уладить дело, но знаю я эти финты. Вроде бы улаженная разборка может потом в самый неподходящий момент вспыхнуть. А этот Йован явно из тех, кому пока не врежешь посильнее, будет считать, что он на коне и рулит. Кроме того, мне с самого утра хотелось кому-нибудь всечь, просто подходящей кандидатуры не попадалось. Так что…

Йован сжал кулаки и двинулся на меня. Но мое внимание вдруг отвлекло постороннее движение у него за спиной. Там стояло зеркало. Старое, мутное, с волнистым стеклом. Почти брат-близнец того, из университетского холла. Только поменьше, и у этого была тумба. От Йована в нем было видно только часть плеча и правую руку, зато я отражался в полный рост. И отражение мое было неправильным. Реальный я стоял чуть согнув колени и сжав кулаки. А зазеркальный — на прямых ногах и в расслабленной позе. И на лице ненастоящего меня была кривая улыбка. И еще в глазах было что-то…

Я настолько отвлекся, что чуть было не пропустил удар в челюсть. Едва успел отклониться, и огромный кулак Йована лишь слегка мазнул по щеке и задел ухо. Я на стал парировать, сделал шаг в сторону, продолжая краем глаза следить за зеркалом. То ли из-за смены ракурса, то ли по какой-то другой причине, отражение затуманилось, и видно мне теперь было только какие-то мельтешащие тени безо всяких подробностей.