Извращённая любовь [ЛП]

Я покажу ему.

Уголки моих губ опустились. Но больше не будет лета на берегу озера со всеми нами. С тех пор, как папа переехал и забрал Джоша с собой.

Я скучала по ним. Иногда становилось одиноко, тем более что мама уже не играла со мной, как раньше. Теперь она только кричала в трубку и плакала. Иногда она сидела на кухне и просто смотрела в пространство.

Мне было грустно. Я пыталась развеселить ее - рисовала ей картинки и даже дала ей Бетани, мою самую милую и лучшую куклу, чтобы она поиграла с ней, но это не помогло. Она все равно плакала.

Сегодня, однако, день был лучше. Мы впервые играли у озера с тех пор, как папа переехал, так что, возможно, это означало, что она чувствует себя лучше. Она ушла в дом за кремом для загара , она всегда беспокоилась о веснушках и тому подобных вещах , но когда она вернется, я планировала попросить ее поиграть со мной, как мы делали раньше.

Я подняла с земли еще один камень. Он был гладкий и плоский, такой, от которого могла бы пойти красивая рябь. Я занесла руку, чтобы бросить его, но почувствовала запах чего-то цветочного - маминых духов, который отвлек меня.

Мой прицел отклонился, и камень упал на землю, но я не возражала. Мама вернулась! Теперь мы можем играть.

Я повернулась, улыбаясь широкой зубастой улыбкой - на прошлой неделе у меня выпал передний зуб, и я нашла под подушкой пять долларов от Зубной Феи, что было очень круто , но я прошла только половину пути, прежде чем она толкнула меня. Я подалась вперед - вниз, вниз, вниз, с края палубы, мой крик был поглощен водой, устремившейся к моему лицу.

Реальность вернула меня в настоящее с сокрушительной силой. Я согнулась вдвое, грудь вздымалась, слезы текли по лицу. Когда я начала плакать?

Это не имело значения. Важно было только то, что я плакала. Огромные, тяжелые рыдания, от которых сопли текли из носа и болел живот. Густые соленые ручейки стекали по моим щекам и капали с подбородка на пол.

Может быть, я наконец-то сломалась, раскололась на части, чтобы мир увидел. Я всегда знала, что я ненормальная, и с моим забытым детством и кошмарами, но мне удавалось скрывать это за улыбками и смехом. До этого момента.

Мои кошмары обычно случались только во время сна. Они никогда не захватывали меня, когда я бодрствовала.

Может быть, выброс адреналина после того, что случилось с Лиамом, запустил что-то в моем мозгу. Если бы мне пришлось беспокоиться о часах бодрствования и сна…

Я прижала ладони к глазам. Я теряла сознание.

Прохладная, сильная рука коснулась моего плеча.