Никогда не улыбайся незнакомцам [ЛП][Never Smile at Strangers]

Глава 28

Послеобеденное небо было мрачным из-за надвигающейся грозы. Эрика сидела в кабинке красного цвета и что-то писала в своем блокноте, который теперь был наполовину заполнен заметками. Наконец-то все сошлось воедино. Ее прозрение сдвинуло с мертвой точки написание романа и оставило Эрику в таком приподнятом настроении, что ей почти захотелось улыбнуться. Но она этого не сделала.

В закусочной было довольно пусто. Один посетитель задержался за столиком, ну и еще она, Крис, Ким и Остин. Все трое топтались у стойки, разговаривая. Время от времени она улавливала обрывки их разговора, но только когда они обсуждали что-то интересное. По большей части это было не так.

По небу пронеслась молния, за которой последовали раскаты оглушительного грома. Она выглянула в окно, наблюдая, как сахарный тростник рядом с закусочной изгибается от пронзительного ветра. Листовки о Тиффани дрожали у окон, где они были вывешены, пытаясь выиграть битву с враждебным и столь же цепким ветром.

Эрика открыла свой блокнот и нашла вырезку из списка бестселлеров «Нью-Йорк Таймс». Она провела пальцем по имени женщины-автора детективных романов. Та, кто мог бы быть ее матерью — используя псевдоним. Она поискала в Интернете фотографию этой женщины, но не смогла найти. Имя этой женщины просто всплыло однажды как гром среди ясного неба, и Эрика бросилась за экземпляром ее книги.

Было что-то в том, как писала автор. Слова, которые она выбирала. Они просто казались Эрике слишком знакомыми. Они кричали о ее матери. Эрика нашла статьи, написанные об этой женщине, и узнала, что она не замужем и родом с Юга, но ни в одной из статей не говорилось точно, откуда именно. То, что вырезка была так близко, успокоило страх, который она отказывалась признавать.

Она закрыла блокнот и вздохнула. Ее мысли обратились к Хейли, единственному человеку ее возраста, который ей вообще нравился. Много раз за эти годы она представляла себе Хейли с нимбом над головой. Она была такой чистой. Такое доброе сердце. И не только для нескольких человек. Для всех. Как будто ее жизненная миссия состояла в том, чтобы заставлять других чувствовать себя хорошо.

Эрика вспомнила прикосновения девушки и то, как легко та пригласила ее в свой дом. Это было почти так, как если бы девушка считала ее своей подругой.

Но почему она? Они такие разные. Там, где Хейли всегда была вежливой и милой и, по крайней мере, до несчастного случая с ее отцом, казалось, светилась энтузиазмом, Эрика представляла себя окруженной черным облаком отчаяния.

Кроме того, дружбу Эрика никогда не делилась ни с кем, кроме своей матери. Она не была уверена, что знает, как быть другом кому-либо, кроме нее.

За месяцы, прошедшие с тех пор, как умер отец Хейли, Эрика наблюдала, как та меняется. Некогда яркий ореол, казалось, потускнел, потерял часть своей формы. Глаза девушки медленно потухли и потеряли весь свой энтузиазм. Она стала почти немой. По крайней мере, на публике.