Призрак острова  [Giants of the Frost]

Через какое-то время Видар с мокрыми волосами стоял в столовой в одежде Гуннара.

— Все подошло? — спросила я.

— Как раз, — улыбнулся он мне. — Я произвел на тебя слишком сильное впечатление. Мне надо идти.

— Идти? Куда идти? Останься. Поговорим. — Внутренний голос, прямо как будто «голос» моей мамы, подсказал мне, чтобы я говорила не с таким отчаянием.

Он откинул волосы с лица.

— Ты разрешаешь?

— Конечно, садись. Хочешь чего-нибудь поесть? Ты, наверное, проголодался.

— Я взял еду с собой и уже поел. — Он сел в кресло, стоявшее напротив меня, и оглядел комнату.

— Тогда, может, стакан вина, — предложила я, надеясь, что запасы Гуннара еще не иссякли.

— Вина? — медленно повторил он, — нет, спасибо тебе, Виктория. — Он изучающее смотрел на меня некоторое время, а потом спросил:

— Почему ты так добра ко мне?

— Потому что ты… потому что я… — слова просто не шли. Затем он перевел взгляд на окно, и я снова смогла говорить. — Ты кажешься мне таким знакомым, — проговорила я мягко.

— Я? — спросил он, не глядя на меня.

— Я знаю, мы не были знакомы, но…

— Возможно, я напоминаю тебе кого-то. Твоего брата или отца.

— У меня нет ни того, ни другого.

— Старого друга.

— Мы же не встречались раньше, не так ли?

Он повернулся ко мне.

— Ты знаешь ответ.

Между нами наступило молчание. А потом я засмеялась, и напряжение исчезло.

— Я могу только догадываться.

Он посмотрел на меня загадочным взглядом, но как будто не слышал, что я говорю.

— Что ты делаешь здесь, Виктория?

— Я научный работник. Я наблюдаю за погодой. А ты? Чем ты занимаешься?

Он повернул голову в сторону и сжал губы, задумавшись. Наконец он сказал:

— Я мастер резьбы по дереву.

— A-а. А что ты делаешь на Острове Одина?

— Я не могу рассказать тебе. — Он наклонился вперед и опустил глаза. — Мне так жаль, Виктория, но я не могу рассказать.

— У тебя неприятности, правда?

— Можно и так сказать.

Я вздрогнула.

— Ты что-то натворил?

— Кто-то может считать, что натворил. Но на самом деле я ничего такого не сделал. Ты не должна думать обо мне ничего плохого.

— Ты уверен? — спросила я мягко.

— Я не совершал никакого преступления, — сказал он. У него был напряженный взгляд почти что отчаявшегося человека. — Но я нарушил правило.

— Теперь ты еще больше запутал меня.

Он махнул рукой, внезапно изменившись:

— Ты очень добрая, Виктория, но мне нужно вернуться в свой лагерь и высушить одежду у костра.

— В твой лагерь?

Он жестом показал на окно.

— В лесу.

— Но там же холодно. Ты можешь лечь спать в…

Я осеклась, потому что не могла предложить ему кровать Гуннара. Я до сих пор не знала, кто он. Вдруг он окажется беглым вором, и было бы нечестно по отношению к Гуннару оставлять Видара в его комнате, где находятся личные вещи, компьютер, диски. Я не могла предложить ему остаться у себя, потому что, несмотря на свое расположение к нему, я не была совсем идиоткой; помочь с одеждой — это одно, но остаться на ночь в одной комнате…