Сочинения в четырех томах. Том 2
- Автор: Фрэнсис Дик
- Год: 1997
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- ISBN: 5-300-00952-0 (т. 2), 5-300-00950-4
- Переводчик: С. Болотин
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 2». Краткое содержание книги:
А его дебютом в детективном жанре стал «Фаворит» (1962). В четырехтомник вошли детективные произведения Фрэнсиса.
Во второй том включены романы «Фаворит» и «Погоня».
— Фу! Ну и денек сегодня! — сказал Пит, вытирая лоб платком и выплевывая окурок сигары.
— День чудесный, — согласился я, внимательно глядя ему в лицо.
— Можешь убрать со своей физиономии это осуждение! Аллан, мой мальчик! Я трезв, как судья, и сам поведу свою машину домой.
— Отлично. Тогда тебе нетрудно будет ответить и на один маленький вопрос.
— Давай!
— В каком фургоне привезли Палиндрома в Челтенхэм?
— А? Я нанял, а что? У меня было сегодня пять скаковых лошадей. Трех я привез в своем фургоне, а для Палиндрома и для той трехлетки, на которой скакал в первой скачке Дэн, пришлось нанимать со стороны.
— Где ты его нанял?
— А в чем дело? Я знаю, фургон старенький и в пути был прокол, но лошади это не повредило, иначе Палиндром не выиграл бы скачку.
— Да нет, не в этом дело. Я просто хотел узнать, откуда он взялся, этот фургон?
— Если ты хочешь его купить, не стоит. Развалина.
— Пит, я не собираюсь его покупать. Скажи мне только, где ты его нанял?
— Где всегда. Фирма Литтлпетс в Стейнинге. — Он нахмурился. — Погоди-ка. Сначала они сказали, что все фургоны заказаны, но потом вдруг согласились, обещали достать, если мне все равно какой.
— Кто его вел сюда? — спросил я.
— О, обычный шофер. Он ворчал, что приходится трястись в таком старом курятнике. Он говорил, что у фирмы выбыли из строя два хороших фургона как раз на Челтенхэмской неделе, и ругал по этому поводу администрацию.
— Ты хорошо его знаешь?
— Не то чтобы очень хорошо. Знаю только, что он часто водит наемные фургоны. И вечно ворчит по какому-нибудь поводу. Но скажи, наконец, почему все это важно?
— Возможно, это имеет отношение к смерти Билла Дэвидсона, — сказал я, — но пока это только догадки. Можешь ты узнать, откуда точно пригнали этот фургон? Спроси фирму, которая его нанимала. И пожалуйста, не упоминай моего имени.
— Это так важно? — спросил Пит.
— Да. Важно.
— Тогда я позвоню им завтра утром, — сказал он.
На следующий день Пит, как только увидел меня, сказал:
— Я спрашивал об этом фургоне. Он принадлежит одному фермеру около Стейнинга. Вот здесь у меня его фамилия и адрес. — Он засунул два пальца в нагрудный карман, достал клочок бумаги и дал его мне.
— Фермер возит в этом фургоне своих скаковых лошадей, а его ребята летом скачут на них. А когда фургон ему не нужен, он сдает его внаем этой фирме. Ты это хотел знать?
— Да, большое тебе спасибо, — сказал я и положил записку в бумажник.
К концу скачек я рассказал историю о проволоке по меньшей мере десяти людям в надежде, что, быть может, хоть кто-нибудь знает, зачем ее там натянули. Теперь об этом знал весь ипподром.
Я рассказал толстому Луи Панэйку, франтоватому букмекеру, который принимал иногда мои ставки. Он обещал «выкачать из ребят» все и сообщить мне.
Я рассказал Кальвину Боуну, профессиональному игроку на тотализаторе, у которого нюх на всякие темные дела был не хуже, чем у ищейки.
Я рассказал маленькому, тощему «жучку» — специалисту по выискиванию хороших лошадей, который жил тем, что собирал крупицы разной случайной информации для любого, кто ему за это платил.
Я рассказал продавцу газет, который при этом потянул себя за ус и пропустил покупателя.
Я рассказал ипподромному журналисту, который за милю чуял запах сенсации.
Я рассказал целой армии друзей Билла; я рассказал Клему из весовой; я рассказал старшему конюху Пита.
Из всего этого старательного посева ветра я не собрал ничего, абсолютно ничего. И я должен был, очевидно, пожать бурю.
Глава 8
В субботу утром, когда я сидел вместе со Сциллой, детьми и Джоан за обильным домашним завтраком вокруг кухонного стола, зазвонил телефон.
Сцилла подошла к телефону, а затем вернулась, сказав:
— Это тебе, Аллан. Не пожелали назваться.
Я вошел в гостиную и взял трубку. Мартовское солнце проливало сквозь окно поток лучей на большую вазу с красными и желтыми крокусами, стоявшую на_ телефонном столике.
— Аллан Йорк у телефона.
— Мистер Йорк, я передал вам предупреждение неделю назад. Вы предпочли его игнорировать.
Я почувствовал, как у меня на затылке зашевелились волосы и зачесалась кожа на голове. Это был мягкий, глухой, слегка хрипловатый голос, не грозный и яростный, а, скорее, голос приятного собеседника.
Я ничего не ответил. Голос сказал:
— Мистер Йорк, вы меня слышите?
— Да.
— Мистер Йорк, я против жестокости. Я в самом деле не люблю ее и всеми силами стараюсь избежать жестокости, мистер Йорк. Но иногда мне ее навязывают, иногда это становится единственным способом достигнуть результатов. Вы меня понимаете, мистер Йорк?