Девочка, ты попала! [Книга 1]

— Юля! Наконец — то. Как долго я тебя не видел, — произнёс он, не отрывая от меня глаз.

Я, тоже не отрывая взгляда от папиных синих глаз, упала в кресло напротив. Глаза я унаследовала от папы. Мне всегда было забавно смотреть ему в глаза, вроде как в свои заглядывала. Порою даже злилась, что чаще всего они были нечитаемые. Тогда же я ещё не знала, что унаследовала от него и это. И что смотреть так я тоже умею. И тоже буду.

Едва принесли заказ, как у нас с папой завязался милый непринуждённый семейный разговор. Он спрашивал, как у меня дела в универе, как живётся на съёмной квартире. Всё ли удобно? Всё ли меня устраивает? Не нуждаюсь ли я в чём? А ещё очень подробно расспрашивал, чем занимаюсь в свободное от учёбы время.

Я отвечала тоже подробно, старательно, продуманно. Всё удобно. Всё устраивает. Ни в чём не нуждаюсь. Такая обалденная беседа папы с дочкой. Походу я расслабилась. И как гром среди ясного неба прозвучало:

— Объясни мне, Юля. Если у тебя всё так замечательно. И ты ни в чём не нуждаешься, зачем ты работаешь у Ольховских?! — спросил меня отец, мне показалось, несколько удивлённо и обиженно.

А вот и он — его нечитаемый взгляд. Именно такими глазами он сейчас смотрел на меня. Я едва не поперхнулась от неожиданности. Могла бы и нормально прожевать кусок мяса. Чувствовала ещё после его звонка, куда ветер дует. Чувствовала и понимала, если отец узнает, что я устроилась куда либо на подработку, то ему это не понравится. А тут, оказывается, он ещё и точно знал — куда я устроилась. И вот это, похоже, особенно ему не понравилось.

— Дочка, ты ещё молодая и не понимаешь, — видя, что я молчу (а ответить мне было нечего, и я старательно делала вид, что жую — жую), пустился отец в объяснение своей позиции. — Во — первых, для тебя сейчас важно учиться, а не просто числиться в университете. Важно получать знания. Во — вторых, я уверен, что служба безопасности компании Ольховских выяснила, что ты моя дочь. И своим поступком ты бросаешь тень на меня как на отца. Что я не помогаю собственной дочери. Ну, а в третьих, если у тебя возникла такая уж большая охота почувствовать себя взрослым самодостаточным человеком, то я всегда рад принять тебя в своей компании. Ну, так с курса третьего — четвертого.

Я начала путанно оправдываться, изворачиваться и что- то там сочинять.

— Юля, а как ты думаешь, у меня нет других детей, кроме тебя, и кому я мечтаю передать дело всей своей жизни, уходя на покой? — спросил меня вдруг отец.

Я снова поперхнулась теперь уже куском пирожного. Ну ладно. Я специально много ела, чтобы подольше жевать и делать паузы для обдумывания ответов. Меня потряс вопрос отца. И я впала прямо — таки в полную прострацию. Не успела я из неё выйти и уж, тем более, прожевать кусок десерта, что был у меня во рту, как впала ещё в более глубокую фазу той прострации. То, что я увидела, не могло случиться здесь в ресторане в центре столицы. Ни при каких обстоятельствах. Шанс такого события был равен нулю. Но он случился.