Транквиландия или Горячий Тур по Колумбии

Я увидел, как «Блэкхок» деловито пожирает огонь, а Анхель деловито вытаскивает из-под обломков то немногое, что удалось сохранить после крушения. Тут же, под деревом я обнаружил Рауля: он сидел в полудрёме, зажимая свою рану.

— Эй, Рауль, как ты? — я склонился над ним.

— Где Эль Гатто? — тут же спросил очнувшийся Рауль.

— Проклятье! — воскликнул я, — Эй, Эль Гатто! — крик мой, наверное, услышали бы в Паноптикуме Рохаса, — Ты живой?

— Я здесь! — донеслось из глубин джунглей, где-то на десяти часах.

Я ринулся в чащу, забыв о своей слабости, раздвигая плотную стену растений голыми руками. Передо мной выросла небольшая полянка, на которой стоял спасённый нами заключённый. Он, не отрываясь, смотрел вверх, на крону дерева, под которым стоял.

— Что ты здесь… — не успев договорить, я увидел, как Эль Гатто обернулся, и я увидел слёзы в его глазах.

— Маноло, — едва слышно прошептал он, и я направив луч фонарика на верхушку фонарика, обомлел.

Маноло висел на одной из веток дерева, острые сучья пробили его тело в нескольких местах, а на лице парня застыла едва заметная улыбка.

— Соболезную, — произнёс я, глядя, как плачет Эль Гатто.

— Ничего, — тот вытер глаза тыльной стороной ладони, — Он спас меня ценой своей жизни! Я бы то же самое сделал для него!

Мы вернулись к большому костру у разбитого вертолёта. Анхель тем временем подготовил место для ночлега, вытаптывая землю у обломков и расстилая спальные мешки.

— Далеко мы от особняка? — спросил я, тут же осознав, что никто не знает, где мы находимся.

— Пара миль к северу от места, — ответила Каталина, но тут же заметив заплаканное лицо Эль Гатто, поинтересовалась, — Вы нашли Маноло?

Я не ответил, но вот Тони еле заметно кивнул, и девчонка, похоже, всё поняла. Анхель тоже стоял, понуро склонив голову. Рауль встал и, едва ковыляя, заспешил к нам.

— Может быть, — начал он, — нам стоит похоронить его?

— Утром, — ответил Эль Гатто твёрдо, — Сейчас нам всем надо отдохнуть!

— Хорошо, — согласился я, — Здесь заночуем?

— До рассвета — четыре часа! — глянул на свои часы Рауль, — Определимся с вахтами?

— Хорошо, — кивнул я, — Ты освобождаешься от вахты! Девчонка и Анхель — первая смена, а я и Эль Гатто — вторая!

Анхель пожал плечами, а Каталина восхищённо кивнула. Мы забрались в спальные мешки и легли перед костром. Отвернувшись от света, я закрыл глаза и моментально провалился в сон. Разбудил меня Анхель. Я едва сумел сесть, и он сунул мне в руки винтовку «Кольт Коммандо», и я, разгоняя сон, замотал головой. Здоровяк растолкал меня и занял моё место в мешке. Я едва поплёлся к костру, за которым уже сидел Эль Гатто. Сидел, скрестив ноги по-турецки, положив на колени «Заставу М76» Каталины.

Наконец, я мог рассмотреть лицо того, кого нам удалось спасти в Паноптикуме Рохаса. Хотя он был изможден и бледен после долгого заключения, а длинные волосы и борода были спутанными и неухоженными, его карие глаза горели огоньком, а черты его лица были весьма привлекательными для женщин, хоть и не слишком выдающимися. Он изо всех сил старался не заснуть, играя с коротким испанским револьвером 44 калибра Astra Terminator. Он то выдвигал барабан револьвера, то с щелчком закидывал барабан обратно в ствол.