Горное селение [СИ]

Порш, не закрывая двери, прошёл в подсобку, на глазах у покупателя открыл ларь и достал оттуда три кружки пива и блюдце с сухариками на сдачу.

— Хо! — воскликнул покупатель и присосался к кружке, пока полностью её не осушил. — Отличное пиво! И цена божеская. В пивнушке «У ворот» Марлюк за серебряный шлёндер две кружки даёт.

— Я лишку не беру, — постно произнёс Порш, умолчав, что на цены он никак не может влиять.

— А ну-ка — мне! — объявил второй ландскнехт, извлекая из глубин гульфика серебряный шлёндер.

Пиво и греночки явились немедленно.

— Кайф! — третий воин потянулся за одной из купленных кружек и тут же получил по рукам.

— Пей на свои.

— Братцы, вы же знаете, я вчера в кости продулся до последнего шлёндера.

— И поэтому мы должны тебя поить? Нет уж, играл на свои и пей на свои.

Безденежный налётчик подошёл к кассе, открыл ящик, перевернул и постучал по дну.

— Где деньги? Туда только что на моих глазах бросили два серебряных шлёндера. Где они?

— Там, где прежде было пиво, — с готовностью ответил Порш.

— Дурить меня вздумал, издеваешься, проклятый колдун. А я тебя сейчас свяжу и потащу в город. Эх, полюбуюсь, как тебя жечь станут!

— Прежде всего, я не колдун, — спокойно соврал Порш. — Эй, Никол, ну-ка ползи сюда, нечего за занавеской ховаться.

Никол нехотя вышел из-за ширмы.

— Глядите! — возгласил Порш. — Если бы я был колдуном, неужели бы мой сын хромал на костылях? Уж я бы наколдовал ему здоровье.

Никол злобно глянул на папашу и, не сказав ни слова, убрался за ширму.

— Думаешь, твоя болтовня тебе поможет? Церковный суд всё равно отправит тебя на костёр. И сыночка твоего тоже.

— Сколько переживаний из-за кружки пива! Мне даже жаль тебя. Согласен, меня отправят в трибунал, а ты останешься здесь и будешь объяснять своим товарищам, почему они должны сидеть без пива и других приятных вещей. Лавка без лавочника работать не сможет.

Наёмник произнёс энергичную фразу на непонятном языке и выбежал из лавки.

В скором времени весь отряд знал, что у Порша можно купить пиво. А поскольку вода во флягах давно кончилась, то торговля в лавке шла бойко.

— Это разве пиво? — говорил длинноусый наёмник, прихлёбывая скверный по его мнению, напиток. — На Западе вообще пиво варить не умеют. Вот в Нихне, там пиво! И подают к нему копчёную ящерицу или угря.

— Желание клиента — закон! — объявил Порш. — Но боюсь, это будет дорого, особенно копчёная ящерица.

— Неважно, тащи!

— Народ сгрудился смотреть копчёную ящерицу. Потом объявился командир отряда, который потребовал бутылку непродажного скайского вина из подвалов великого барониссимуса. Пока Порш исполнял хитрый заказ, солдаты притащили из дома несколько табуретов и большой стол. Лавка на глазах стала превращаться в таверну.

Порш понимал, что этой ночью ему отдыхать не придётся, а скорей всего и следующей ночью и, так далее… пока у захватчиков не кончатся жалованные шлёндеры, что случится довольно скоро. Как поведут себя безденежные солдаты, Порш предпочитал не загадывать.