Фуллер

Мне, вопреки здравому смыслу, хотелось прижаться к нему сильнее, крепче, врасти кожей и не отпускать.

Вдруг застыла от мыслей, ворвавшихся ураганом в мою голову. Не отпускать?

Мэт, словно прочел их, обхватил подбородок ладонью, заставляя взглянуть в его лицо.

Он молчал. И мое горло сжал спазм, не позволяя говорить.

В полумраке я ничего не видела, кроме лица Фуллера, словно в нем заключался весь мой мир. Глупая, наивная дурочка, подарившая свое сердце человеку, которому оно не нужно. Прав был Феликс. Я совершила ошибку, появившись на горизонте властного хозяина «Фуллерита». И за эту ошибку придется платить непомерную плату — собственным сердцем.

Мэт большим пальцем стер слезинку, скользнувшую по моей щеке. Я и сама не заметила, что плачу. Я — дурочка, а дурочкам можно плакать без причины.

Глаза Фуллера потемнели. Он смотрел на мои щеки, мокрые от слез.

И вдруг отступил. Опустил руки, больше не касаясь меня.

Стало до боли холодно. Словно жуткий мороз проникал под кожу, ледяными щупальцами оплетал кровоточащее сердце, бьющееся надеждой.

— Матвей… — выдохнула я, не зная, что говорить.

Фуллер все еще смотрел на мои слезы. Его лицо не выражало эмоций. А я не могла больше терпеть и пытаться усмирить бурю, бушующую в моей душе.

Всего один короткий шаг отделял меня от высокой фигуры Мэта. И я, позабыв свою гордость, сделала его.

Возможно, Мэт не ожидал, что на него налетит надоедливая дурочка, вцепится в его одежду руками и прижмется всем телом.

Возможно, не ожидал. Но его руки тут же подхватили меня под бедра, стискивая до боли.

Теперь уже я сама обхватила его лицо ладонями, наслаждаясь легким недоумением в его глазах, продлившимся всего доли секунды. Но было плевать. Главное — он крепко держал меня.

Склонила голову и прижалась к полураскрытым губам. Моя гордость бесследно исчезла. Я была мотыльком, летящим на свет и прекрасно понимающим, что умрет, как только соприкоснется с ним.

Фуллер накрыл мой затылок ладонью, не позволяя отстраниться, углубляя поцелуй. Я впервые сама целовала этого мужчину. А он требовал больше, будто собирался испить меня до дна.

Точно обезьянка, висела на Мэте. А он шагал, не выпуская меня из рук. Мне было плевать, куда мы идем. Главное, что вместе. Пусть и на короткое время. Пусть я занимаю чужое место. Пусть я временная девушка в его жизни. Но эти моменты останутся со мной и будут жить в памяти.

Звук захлопывающейся двери заставил меня вздрогнуть. А спустя секунду, я оказалась лежащей на мягкой кровати. Осмотревшись, поняла, что мы в его спальне.

Мэт, воспользовавшись моим замешательством, отклонился и стянул свою футболку через голову.

— Гребаный Гоша! — разобрала я ругательства, сорвавшиеся с губ Матвея.

Мужчина подхватил меня и, распахнув дверь, вышел из комнаты. А я, шальная от своих мыслей, горячих рук, близости мускулистого тела и от рваного дыхания, опалявшего кожу, вновь жадно прижалась к манящему рту. Мне было мало. Хотелось чувствовать этого мужчину каждой клеточкой тела. Хотелось ощутить его тяжесть, его страсть, его напор.