Добрый деловой человек

Это был пожилой уже человек. И с большим стажем министр. Работать с ним было легко. Он всегда знал, что хотел, знал, когда, что и от кого требовать. И при этом всегда ровно-спокоен, справедлив, деловит и, казалось, начисто лишен каких бы то ни было эмоций. Сотрудники его любили; министр умел подбирать исполнителей, находить нужных людей, средства, фонды и поддержку наверху, если она требовалась…

— Прошу, — сказал министр, переворачивая страничку в своем блокноте. — Члены коллегии ознакомились с докладной товарищей из Солнечного? Вопрос, не часто встречающийся в нашей практике, поэтому и вынесен на ваш суд. Слово товарищу Тулину.

Глеб удивился: замминистра находился уже во главе стола, по правую руку от министра. Когда только и каким путем успел вернуться?

Серафим Михайлович коротко изложил суть дела, никак не окрашивая ее своим отношением, и, сказав, что министерство ждет плодотворного обмена мнениями, опустился на место.

— Слово парторгу строительства товарищу Базанову, — сказал министр. — Ваши аргументы. Пять минут.

— Наше стремление в том, чтобы геологи жили по-человечески, чтоб золотодобытчики жили в городе без палаток и бараков, — сказал Глеб. — Мы думаем о базовом городе. Будет комбинат. Останутся буровые, шурфы и шахты. Только туда мы будем летать, а жить в городе. Самолет и вертолет дешевеют, полет на работу станет привычен, как поездка на «газике». Потом построим электрифицированную железнодорожную ветку. И люди охотней пойдут к нам, о текучке забудем, и труд станет производительней. Как видите, подобный город нам просто выгоден. — Почувствовав общий интерес, Глеб заговорил уверенней и менее торопливо, отмечая про себя, что, защищая идею города, научился выступать перед самыми разными людьми, перед любой аудиторией. — Каждый город — книга по истории народа. Старый город — старая история. Молодой город — современная история. Разве она менее богата всемирными событиями? Архитекторы должны создать город, который не только выразит специфику нашего промышленного края и станет центром развивающихся отраслей хозяйства, но и средоточием культуры. Основные градообразующие факторы у нас — рабочие золотодобывающего комбината, газовщики, а значит, и химики. Комбинат уже в чертежах и расчетах. Он строится. Город, который еще в наших головах, должен догнать его, — закончил он.

— На коллегии присутствует директор института по проектированию застройки городов, уже распропагандированный представителями Солнечного, — министр позволил себе слегка улыбнуться. — Вам слово, товарищ Попов. Пять минут.

— Не распропагандированный, а убежденный! — Попов вскочил, победно посмотрел по сторонам. — Наш долг помочь всесоюзной стройке. Какой стройке!.. И мы решили помочь. С чего начать? С поисков варианта нового дома! Перебрали несколько серий, имеющихся в обороте Госстроя. Извините, Николай Николаевич, они мало подходят для пустыни… Мы изучили сочинские и ташкентские дома, ознакомились с практикой строительства в Африке и Бразилии. Докладываю, что рождается новый дом — галерейный. Он обязательно ориентирован в отношении солнца: все жилые помещения окнами выйдут на большую лоджию, кухня и санузел — на открытую галерею, опоясывающую дом поэтажно. Квартиры, вытянутые между лоджией и галереей, будут отлично проветриваться. Плюс солнцезащита! — одно это снизит температуру в квартире почти на десять градусов… Я не говорю об улучшенной планировке и увеличении высоты комнат — это аксиома, товарищи! Подчеркиваю: наш дом пятиэтажный, крупнопанельный, из типовых деталей. Следующий этап — семи- и девятиэтажные галерейные дома. Они станут ядром микрорайона. Но об этом, видимо, позднее. — Попов сел, не очень довольный своим выступлением. Сказал, наклонясь к Базанову: — Неудачно говорил, как на лекции. На коллегиях лекторский, поучающий тон не любят.