Пятая мата
- Автор: Еремеев Петр Васильевич
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Пятая мата». Краткое содержание книги:
Место действия повести, давшей название всему сборнику, — таежный поселок на берегу своенравного Чулыма. Здешние труженики сплавляют специальный лес, пригодный для самолетостроения. Дело это нелегкое. Но автора интересуют не столько события и экзотика таежного края, сколько люди, сильные характеры, которые даже в тылу, в невероятно трудных условиях помогали ковать великое дело Победы.
…Сапог под водой нащупывает тюльку, и Романов, согнувшись, лезет руками в поднятую муть, чтобы раскачать в песке березу. Вытаскивает из воды конец. Слабнут пальцы, но тут, на подхвате, сильный Логачев и рядом добро улыбается Дарья Семикина. Лодка на глазах тяжелеет, осаживается в воду.
Фоминские девки держатся почему-то поближе к начальнику сплавучастка. И здесь же Костя Кимяев со своими напарниками. Поднимая брызги, парень молодцевато прыгает из лодки в воду — хорошо ему. Катенька-то Рожкова рядышком! Костя то и дело поглядывает горячими глазами на Катю, боится, не заметили бы этих его взглядов, этой его влюбленности.
— Шевелись, матани-и! Это вам не у коровьего вымени дремать… Железяку на столбяку-у! — Парень тащит из воды тюльку и распевно кричит:
И Дарья Семикина сегодня веселая. Не из говорух, а разошлась.
Шути, Дарья Семикина, напоследок. Скоро оборвется твой смех, солдатская вдова. Знала бы ты, какой конверт лежит для тебя в столе у Романова. Еще не пересилил себя Тихон, еще не отдал извещенья, не смог!
Кажется, все… Совсем онемели суставы пальцев, но когда упрешься ногами в тюльку да начнешь, откидываясь назад, грести широким веслом… Скрипят, горгочут уключины… На середине реки проступает на лбу испарина и становится теплей вода в раскисших сапогах.
На новой мате куда легче — сухо. Покачиваются на зыби воды связанные черемуховыми вицами донки — выскакивай на желтизну сплоченных сосен и укладывай в два ряда привезенную березу.
— Да, Андрюха… Знаем, силен! Не кидай с маху… — кричит мужику Александр Швора. Его бригада крепит очередную донку с матой, широкое (тело которой уже далеко вытянулось у глинистого крутоярья.
Около тридцати груженых и пустых лодок наискось чиркают по гребням волн от берега к берегу. Издали черные скорлупки их похожи на две нити диковинных бус, и кто-то, невидимый, сильный, передергивает эти бусы по живой, волнующейся груди осенней реки.
Как ни ровно гребут Романов, Логачев и Дарья, пустая лодка вихляется, и Виктор Комков из всех сил старается, чтобы выровнять ход, чтобы не ударила плашмя о борт тяжелая, опасная волна. Трудно фронтовику без ноги…
Тихон машет и машет веслом, глядит на поселковый берег. Под ним, на песчаном приплеске, тянутся две телеги с серыми полотнами ворот. Подергивая вожжами, крепко держит голову бородатый Корнев. За подводами идут с мастером Михайловым братья Чудновы.
«Может, не надо было срывать Чудновых-то с лодок, — беспокоится начальник. — Тут кто послабей бы управился…»
А у лодочной пристани топчется Петя Куличков. Мальчишка прибивает на вкопанный столб легкий фанерный щит. На его желтизне красной охрой написано:
«320».
«Осталось триста двадцать кубов из тысячи! Скоро уж», — радуется начальник участка.
«Триста двадцать», — читают сплавщики.
И тоже радуются.
Не обошлось на берегу без Романова, позвали-таки мужики.
Начало дела было пустяшным. Сколотили из слег невысокие леса, осталось пришить привезенные полотна ворот. Ну, само собой, прежде следовало сгрузить их в воду. А до того по течению реки выкопать продольную канаву на мелководье.
Пока братья Чудновы покуривали в затишке, Тихон с Михайловым пошли песчаной полоской у воды — не мешало посмотреть, что к чему.
Старый мастер шагал устало, молчал, и его молчание пугало начальника. Возьмет да и объявит затею пустой. «Не посоветовался с самого началу, а надо бы! — признался себе Романов. — Сам колгочусь, людей сорвал с лодок, вон Андрюху кликнул с реки…»
И скорей себя, чем спутника, Тихон принялся убеждать:
— Смотри, Кузьмич… Там головка маты была — там уровень воды сходный… А копать начнем здесь. Ну, вглубь-то, пожалуй, на полметра хватит. Нам только дорожку показать Чулыму, а он уж после просквозит… Выхватит песок, к остаткам маты понтоны подцепим — вот и не бродить людям в воде, наверху будет береза! Погодье-то как обернулось…
— Рано сиверко захиусил… — согласился Михайлов и глубже нахлобучил рыжую собачью шапку. — Пойду ребятишек наведаю. Вицы не везут долго, а Швора, того и гляди, зашумит.
— Как они там?
— Ребятишки-то? Их только похвали… — мастер скорбно улыбнулся. — Вчера прихожу к ним после обеда — прильнули друг к дружке и спят на сучьях. Посинели от холоду, одежонка-то плохонька, ремки одне.
— Неуж совсем одеть нечего?..
— Дети… На них ведь все, как на огне, горит… Есть, конечно, одежонка и поисправней, так для школы берегут. Нужда рано к уму добавляет, учит и вперед смотреть… Стою, поднимать жалко, а надо! Кричу: давайте, ребятишки, беритесь за ножи, — а у самого комок в горле…