Зверь в отражении. Трилогия в одном томе

Я встряхнул её, обхватив за плечи. Девушку била мелкая дрожь, она была холодной, как лед. Волосы липли ко лбу и мокрым от слез щекам.

– Мари, – вновь позвал я, и она резко села. Потерянный взгляд обратился ко мне.

– Я не убивала его, не убивала, – с этими словами Мари неожиданно уткнулась носом в моё плечо. Я на мгновение замер, а потом обнял её.

– Тише, всё закончилось, – попытался успокоить я.

Она отстранилась, вытерла рукавом слезы и, натянув одеяло до самого подбородка, подняла виноватый взгляд.

– Извини, обычно я… Как ты тут оказался?

– Услышал крики.

– Часто ты бродишь по коридорам среди ночи?

– Часто, – улыбнулся я, – Я вроде домашнего привидения на многовековой службе.

Марилли улыбнулась в ответ.

– Сложно приходится?

– Не привык жаловаться.

Я не сводил с неё взгляда. Протянул руку и поправил прядь волос, отмечая знакомое смущение.

– Что тебе снилось?

– Всегда один и тот же сон. Я вижу образы, слышу голос. Иногда он становится сильнее, иногда слабеет, но не исчезает, не оставляет в покое. А потом… Потом выстрел… Ночь, проведенная без этих сновидений – уже счастье.

– Как давно это началось?

Я все время задавался одним вопросом: почему Мари не оказалась в руках заклинателей гораздо раньше? Мадлен была права: магия в крови девушки – результат опытов кого-то из магов. Мысленно я вновь вернулся в ту рождественскую ночь, когда повстречал её мать. Клубок никак не хотел распутываться, хотя ответы лежали на поверхности. Я чувствовал это.

– Четыре года назад. Мы с Джеймсом вернулись из свадебного путешествия. Поначалу я не обращала внимания, но со временем все переросло в безумие.

– Мари, ты имеешь право знать, – начал я. Было темно, и лишь лунный свет из окна немного разгонял царивший в комнате полумрак. – Давина была связана с заклинателями.

Услышав имя матери, она вздрогнула и удивленно посмотрела на меня.

– Я знал её. Точнее, видел пару раз. Думаю, что её прошлое прольёт свет на твое состояние и поможет нам во всем разобраться. Что ты о ней знаешь?

Марилли выглядела растерянной.

– Мама умерла, когда мне было шесть. Я мало что помню, – Мари обхватила себя за плечи. – Она тяжело болела. Врачи не могли поставить диагноз. У неё были странные судорожные приступы, какие бывают при эпилепсии, она кашляла кровью, задыхалась. Бабушка говорила, что это дьявольская кровь, и что она течёт и в моих жилах.

– А что насчет твоего отца?

– Я даже имени его не знаю, – Марилли подтянула к себе одеяло.

– После смерти мамы тебя растила бабушка?

Эмма Миллер. Я вспомнил имя из документов, собранных Мадлен.

Мари покачала головой.

– Бабушка тоже вскоре умерла, а меня взяла к себе подруга мамы, Элизабет Арнольд. Но когда мне исполнилось восемнадцать, выставила за дверь. Она всегда чего-то боялась, не выходила на улицу после захода солнца и мне запрещала, запирала двери на все замки, не открывала окон.