Случайно... Конец [ЛП]

— Но, — запротестовала она, — я должна ходить в кафе и…

Она почувствовала, как тёплое, сладкое дыхание Маакса овеяло лицо, когда он зарычал.

— Ни по какой причине.

— Всё чисто, мы будем снаружи. Остальные шестеро охранников будут здесь через пять минут. — Двое мужчин в костюмах вышли через парадную дверь, которую закрыли за собой.

— Ха! Поживём-увидим. — Очевидно, она не выиграет в этом споре. Хотя ей это и не нужно. Несмотря на все их слова, она будет жить своей жизнью, и не бояться смерти.

Эшли направилась на кухню, чтобы приготовить сэндвич и чай со льдом. Она открыла холодильник и начала доставать хлеб, сыр и ветчину.

— Нет. — Маакс выхватил еду и убрал обратно в холодильник. — Суп. Ты будешь есть суп. — Шкафы начали открываться и закрываться. — Где консервы?

— Ты бредишь, если думаешь, что я буду сидеть дома и есть суп. — Не тогда, когда красивый океан прямо за её порогом, а в холодильнике полно углеводов. Много утешительных углеводов!

— Это временно, женщина. Смирись с этим и перестань жаловаться.

— Насколько временно?

— На неделю или около того. — Маакс рылся в её шкафчиках. — Я вернусь в то время, откуда пришёл, и если ты будешь ещё жива, значит, мы преуспели.

— Шутишь? Ты действительно думаешь, что через неделю всё кончится?

Она услышала, как он поскрёб щетину.

— Признаюсь, я не понимаю, почему Вселенная желает твоей смерти. Никогда не видел ничего подобного, однако это не может продолжаться бесконечно. В этом мире нет ничего постоянного, кроме изменений и, в конце концов, Вселенная попытается уравновесить чаши весов каким-то другим способом. — Он помолчал и снова почесал подбородок. — К тому же, я никогда не проигрывал. Никогда. Ты выживешь.

Неужели он говорит это, чтобы утешить её? Как бы то ни было, ей это понравилось. Больше, чем следовало.

— Аргх. Суп в кладовке. — Она подошла, чтобы взять чёртову банку с обедом. Тяжело ступая, Маакс последовал за ней. Эшли казалось, что за ней по пятам следует невидимый сторожевой пёс. Очень, очень большой сторожевой пёс. Топ-топ-топ.

— Напомни, какого ты роста? — спросила она.

— Два метра десять сантиметров.

— Ядрёна кочерыжка. Ты огромный. — Она взяла с полки банку куриного супа.

Он усмехнулся.

— Я Бог. Мы известны категоричным совершенством своего тела. — Он сделал паузу. — И довольно… большим, как ты могла заметить.

Он опять об этом? Разве это имеет значение?

Учитывая либидо? Да. Но вот мозг работал с ним, собирая воедино кусочки того, что она знала о Мааксе, чтобы создать порочно восхитительного мужчину-картинку.

Часть первая: в тот раз, когда она ударила его лопатой, ощупала рельефные участки тела и пресса. Она вспомнила, как от этого покрылась испариной и захотела большего.

Часть вторая: очертания его тела, когда он вынырнул из океана. Внушающая благоговейный трепет крепость мускулов с невероятно широкими плечами и толстыми, громоздкими руками. Ням.