Философия, порно и котики
- Автор: Стоядинович Джессика
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Индивидуум
- ISBN: 978-5-6043605-0-7
- Переводчик: Алина Адырхаева
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Философия, порно и котики». Краткое содержание книги:
Винтовой самолет переносит нас из Белграда в Загреб. Мы берем такси до автовокзала и садимся в автобус, который, по моим представлениям, должен ехать примерно полтора часа. Зак читает «Черного ягненка и серого сокола» Уэст — сама автор описывает ее как «опись страны от первой до последней капли в форме, которая выглядит безумной с привычной художественной или рыночной точки зрения».
Мы выходим из автобуса в Малинске лишь четыре часа спустя. Я в своей готичной пижаме — мешковатых штанах на завязке из тонкой черной ткани, темно-серой майке-алкоголичке и поддельных конверсах. На моих бедрах засохшие потеки крови, но мои обычные шуточки о кровавой бане в штанах кажутся здесь неуместными (да так и есть).
Подходит какой-то пацан и говорит, что мы классные и не надо париться, что на нас пялятся местные, — а потом делает «козу» и удаляется. Очень трогательно. Мы и правда выделяемся в толпе туристов — преимущественно из Германии и Австрии.
Когда мы заселяемся в отель «Адрия», сотрудник за стойкой регистрации забирает наши паспорта и говорит, что мы получим их обратно при выезде. Без моего заверенного государством удостоверения личности под обложкой из кожзама мне не по себе.
Оказавшись в постели, я сворачиваюсь клубком, баюкая спазмы. Зак говорит, что пойдет на разведку, но я вяло возражаю, бурча что-то про «продюсера» и «ответственность». Он взывает к логике и здравому смыслу. Я показываю ему на карте, где наш отель, а затем возвращаюсь к мыслям о том, что моя матка вряд ли сможет меня добить.
Зак возвращается с плохими вестями: он нашел лишь одно скромное здание, подходящее под описание. В одной из комнат там целая куча бумаг с логотипом «Халудово», но постройка и правда крошечная и, похоже, кто-то занимает ее на законных основаниях.
Он отводит меня туда, чтобы я посмотрела сама. Я в отчаянии. Там есть небольшая бетонная площадка, где, возможно, и получилось бы тихонечко снять то, что нужно, но такая площадка может быть где угодно к северу от экватора.
Главное, что меня смущает, — это деревья. Даже если бо́льшую часть курорта сравняли с землей после того, как там сняли последние фото, там бы просто не успел вырасти такой густой лес. Но тут мое тело взбунтовывается и прерывает дальнейшие размышления.
Поблизости располагается парк развлечений, рядом со зданием припаркован грузовик, а в одном из окон горит свет. Снимать здесь слишком рискованно, и результат того не стоит. Я‑то представляла себе виды на грандиозный полумифический урбанистический комплекс.
Пока Зак прикорнул, я роюсь в недрах сайтов о заброшках, пытаясь выяснить, что случилось с «Халудово».
Зак просыпается около 3:30. Я в эйфории: мне удалось составить более точную карту. Мы идем по мощеной набережной до небольшой лестницы, ведущей к просвету в деревьях. Выбравшись на поляну, мы видим справа небольшую постройку. А слева…
«Пентхаус Палас».
Он огромен. В небо устремляются массивные бетонные колонны, а пол устилают битое стекло и спутанные мотки проволоки. Стены расписаны граффити, в одной из них — неприметный проход. Двери не заколочены, забора нет.
Зак протискивается внутрь, и я громким шепотом напоминаю, что потолки и стены тут, скорее всего, дышат на ладан. Мой телефон ни с того ни с сего решает перезагрузиться, и я остаюсь без фонарика. Я помню, что так начинаются все фильмы ужасов, но все равно иду за Заком.
Мы крадемся по коридору. Правда, в моем случае точнее сказать не «крадемся», а «спотыкаемся о каждую кучу мусора и вопим от ужаса при виде собственной тени». Пустой бассейн, древоподобные колонны в фойе и трехмерные росписи на потолке напоминают мне одну из картин Зака — та же обстановочка.
Мы решаем вернуться сюда перед восходом — примерно в 6:02 утра.
В начале шестого я выхожу из душа. Обтираюсь полотенцем, и Зак говорит, что уже светает. Я второпях одеваюсь и начинаю запихивать в рюкзак аппаратуру и косметику, стараясь не нервничать.
Отправляю своей ассистентке точную локацию и обещаю выйти на связь в течение 12 часов. Она говорит, что знает, к кому обращаться в посольстве Хорватии, если что, но вряд ли это понадобится.
Я вот не так уверена — если что-то пойдет не так, может начаться полный бардак.
Зак смотрит, как я одеваюсь, и замечает, что мой прикид выглядит как купальник советских времен. Он спрашивает, есть ли у меня другое белье. По мне, это больше похоже на монокини авторства Руди Гернрайха[94], и я не намерена переодеваться, тем более что нам нужно выдвигаться вот-прямо-сейчас.
94
Американский дизайнер австрийского происхождения. известный своей авангардной одеждой, и в частности купальниками.