Хроники Люцериуса-2

– Вижу.

– В таких местах бегунки делают кладки яиц. Собирай их, кошка. И приноси мне. Сегодня на ужин у нас жареное мясо, дичь, омлет, наршараб и немного вина… Вперед!

– А ты что будешь делать? Наслаждаться солнечными ваннами?

– Хотелось бы, – тяжко вздохнул будущий король. – Но даже венценосным особам приходится порой трудиться в поте благородного чела… Постарайся сделать так, чтобы мне хотя бы первое время не приходилось спешить тебе на помощь.

– Так над чем трудиться будешь? Мне же интересно.

– Ловушка для змеи, – ответил Люц, подбрасывая на ладони пустой флакончик от зелья. – Учти, Тефнут. Пока оба не поднимем по два уровня – отсюда не уйдем.

Настало время для ее широкой клыкастой усмешки:

– Что ж… я совсем не против!

Убедившись, что новоиспеченная соратница больше не имеет вопросов и занята рассматриванием оружия, полуорк неспешно опустился на одно колено, порылся в вязкой трухе, с грустью посматривая на ползающих здесь вездесущих улиток и тритонов. Их он трогать пока не стал, хотя отметил про себя их немалое здесь скопление и продолжил поиски, вскоре став обладателем нескольких длинных острых бамбуковых щепок, пригоршни растительных подгнивших красноватых волокон, полутораметрового тонкого бамбукового ствола, с презрением срубленного и отброшенного дровосеком, а так же трех крохотных полупрозрачных белесых грибов. Осмотрев находки, он удовлетворенно кивнул и принялся за дело. Вскоре кусок бамбукового ствола был чуточку укорочен и просверлен изнутри. Следом, воспользовавшись одной из острых щепок, Люц просверлил в трубке несколько мелких отверстий, превратив ее в подобие гигантской флейты. Изорвав на мелкие кусочки красные растительные волокна, что стали издавать не слишком приятный запах, он добавил к ним кашицу из одного гриба. Следом полуорк смял и запихнул получившуюся смесь в трубку с одного края, обмазав сверху грязью. Отнеся трубку на несколько шагов в сторону от себя и расположив ее под жиденьким кустом болотной растительности, он неспешно принялся за сооружение странноватого и страшноватого «веничка» из острых и тонких бамбуковых щепок, изредка поглядывая на лежащую под кустом пахучую трубку. При этом Люцериус мастерски игнорировал ругающуюся, падающую, уворачивающуюся от врагов Тефнут, что металась под холмом, то и дело посылая в мелькающую птичку шипы, но каждый раз промахиваясь.