Защищая горизонт. Том 2

– Ну, блеск! – раздался трескучий и ворчливый голос Макса из затычки в моём ухе. – Ты ещё не всех известил в этой башне о своём присутствии и цели пребывания?

Я машинально махнул головой, словно пытаясь избавиться от надоедливой мухи, которая постоянно жужжит в моей голове, и чудо-изобретение Макса снова чуть не вылетело из моего уха, но в последний миг я успел поймать её и снова засунуть пальцем обратно на место. Такой резкий взмах рукой не остался незамеченным, и мой попутчик в этом напряжённом путешествии сквозь этажи обеспокоенно посмотрел на меня.

– Что с вами, всё хорошо? – ещё раз поинтересовался Техник.

– Да ничего особенного, в ухе стреляет. У меня такое бывает, пройдёт, не обращайте внимания, – отмахнулся я.

– Васильев много рассказывал о вас, он беспокоится, говорит, что вы испытываете некоторые осложнения после процедуры Отречения, в том числе серьёзные нарушения сна. Вам следует беречь себя. Вы давно были на приёме у Техника?

Лифт плавно остановился, когда на табло над дверью высветилась цифра «35», что помогло мне избежать опасного разговора и дальнейших расспросов.

– Ой, извините, мой этаж, – суетливо ответил я, затем выскочил в открывающиеся двери и, даже не попрощавшись с услужливым попутчиком, быстрым шагом стал удаляться от лифта.

– Берегите себя! – крикнул мне вслед Техник Андрей.

Но я даже не обернулся. Чем быстрее он забудет об этой встрече, тем лучше будет для нас обоих.

Я стремительно продвигался вглубь по тёмным, слабоосвещённым коридорам, которые даже днём были окутаны мраком. На этом этаже, насколько мне известно, нет ничего примечательного, кроме помещения Центральной Консоли и следов недавнего присутствия Сола. Несмотря на своё грозное и величественное название, это место редко посещали, скорее оно служило своеобразным складом информации, полузабытым архивом, отделом глубокой памяти Системы, куда обращались только в крайнем случае. У каждого жителя нашей города имелась личная Консоль с доступом почти ко всем общедоступным разделам базы знаний, а информация давно минувших дней, секретные картотеки работников башни и прочие мелкие тайны, а также грязные портки обитателей верхних этажей мало кого интересовали. Тридцать пятый этаж – это этаж-призрак, вечно окутанный пыльной мглой и слабым светом из оконного витража, куда упирался один из длинных коридоров и откуда совсем недавно выпрыгнул наш таинственный Кукольник. Тот самый коридор, ведущий к помещению Центральной Консоли, казался очень знакомым, но за ночь ставшим каким-то другим. Может, из-за того, что дыру в стене и другие следы разрушений уже успели убрать, и теперь ничто не говорило о вчерашних событиях. Этаж снова окутали тишина, грусть и одиночество.

Я подошёл к огромной стеклянной стене, прислонился к ней лбом и посмотрел сквозь стекающие ручейки дождя на крохотную россыпь дорог, на снующие туда-сюда маленькие фигурки машин, размытые пятна людей и с тяжестью вздохнул. Никто из них даже не подозревает, что сейчас происходит над их головами. Если бы только они могли оторваться от никчёмных проблем, посмотреть на вершину башни и увидеть моё лицо за зеркальной стеной, если бы только узнали, как много сейчас стоит на кону, может, тогда я стал бы намного счастливее и менее одиноким в своём восхождении.