Спаси меня, воин

Это придало ей сил и, Лилис открыла глаза, оглядываясь по сторонам, теперь уже с удивлением. Зачем Маркас посадил ее на стол? Что он собирался делать с ней здесь? Хотя, она бы совсем не удивилась, примись он за нее, в уплату за испорченный завтрак. Возможно ли такое?

Смех ужаса застрял в горле, но Лилис не позволила ему вырваться наружу. Вместо этого она крепче вцепилась в край стола, осознанно причиняя себе острую боль. Это помогло прояснить сознание.

Нет, Маркас не собирался ее есть. Он даже не смотрел на нее, поэтому она могла разглядывать его обнаженную спину. Что он пытался увидеть там, в очаге, над которым все еще раскачивался пустой котелок? Придумывал наказание для нее? Кажется, в этот раз она действительно заслужила это. Лилис нахмурилась, признавая, что еще никогда не была такой неловкой как сегодня. Прежде, она не делала чего-то подобного, зная, как жестоко пришлось бы поплатиться за подобную глупость. Она всегда была предельно осторожной и аккуратной. Что же случилось с ней теперь?

— Что вы делаете? — громко поинтересовалась Лилис, подаваясь вперед так резко, что едва не свалилась со стола.

Вздрогнув, она крепче схватила за край стола. Теперь это была скорее вынужденная мера. Маркаса же ее возглас ничуть не задел. По-прежнему сдержанный и невозмутимый, он ловко снял котелок с крючка и переставил его на установленную рядом деревянную столешницу. — Я сама могу сделать это.

Стол скрипнул, когда Лилис сползла вперед, пытаясь спрыгнуть на пол.

— Сиди на месте, — рявкнул Маркас, разворачиваясь. Выражение на его лице не обещало ей ничего хорошего. Лилис прикусила губу, сдерживая дрожь так, как на то хватило сил. Ей все же пришлось напомнить себе, что любое наказание с его стороны будет заслуженным. Гордон бы уже давно высек ее у столба, но Маркас продолжал медлить. Несомненно, это ее пугало.

— Ты злишься на меня, — прошептала Лилис, опуская взгляд на свои колени и хмурясь почти так же, как это делал Маркас. Только вот в отличие от него она не злилась. Она боялась и переживала. И она понимала, что ее голос выдавал ее с головой.

— Почему ты так думаешь? — на этот раз спокойнее поинтересовался Маркас.

Шагнув вперед, он расставил руки по сторонам от Лилис. От такой близости она поежилась, но сдвинуться в сторону не посмела. Ей показалось, что мужчина заключил ее в клетку. В клетку, из которой ей никогда не выбраться.

— Я вижу это, — ответила она, опуская свои руки рядом с руками Маркаса, но стараясь не прикасаться к нему, — Ты злишься на меня? — теперь это уже прозвучало как вопрос.

— У меня есть на это причины? — сухо спросил Маркас, рассматривая ее так пытливо, будто пытаясь проникнуть в