Хвост ледяной кометы

– Этого никто не знает, даже я сам, – галактический мафиози развел тонкими руками. – На борту своего корабля. Или валялся без сознания в тридцать восьмом доке, где меня позже нашли. Я ничего не помню с того момента, как сидел возле бассейна в своем поместье на Эелькадо. Мои ребята и там работают, но пока ничего не нашли. Наша единственная зацепка – временное отключение подачи энергии в тот самый тридцать восьмой док. Но тот, кто все это провернул, давно улетел со спутника. У нас отсюда каждое условное утро вылетают сотни кораблей по самым разным маршрутам. На моем личном космическом транспортном средстве не найдено посторонних следов. Так и зафиксировано в официальном отчете. У меня формируется один вывод на основании всех накопившихся аргументов и фактов. Стараясь максимально себя обезопасить, защитить информацию, которая не должна попасть в чужие мозги, и генетическую основу, я сам помог неизвестному врагу построить эту ловушку. Хуже всего, что даже космос не дает мне точных подсказок. При медитации я вызывал вещих духов, и всякий раз получал один и тот же ответ. Я сам убил эту девушку, и в то же время это сделал не я. Как понимать? Впервые нахожусь в такой растерянности.

– Это мог быть другой калемей. Или существо, способное настолько достоверно воспроизводить чужую внешность, – Илвар задумчиво прикусил губу верхними клыками. – Но в этом случае для обмана сканеров ему бы понадобились маскировочные приспособления. При всем уважении к вам, господин Стэлс, и при всех наших стараниях, изобретателей в галактике достаточно.

– Я тоже считаю, это был калемей, – прощебетал писклявым голоском похожий на черепаху толстяк. – Посмотрите еще раз внимательно, – взяв планшет из рук нелианца, он заново проиграл видеозапись убийства девушки-кошки. – Видите, спинные шипы приподняты. У господина Стэлса они уже пару лет не поднимаются, все из-за калемейского ревматизма. Ни лечебные облучатели, ни редкие мази из слизи улиток швонсов, которые я лично для него закупал, не помогают. Регенерационные стимуляторы не действуют. Его увядающий организм отвергает любое искусственное вмешательство. Даже собственные обновленные клетки вызывают аллергическую реакцию.

– Галактический суд не примет это за улику. Разницу спишут на избыточную нервную активность, состояние аффекта, – уверенно возразил Илвар.

– Да, и я это понимаю. Они не упустят уникальную добычу, которую не могли заполучить более шестидесяти лет. Знайте, друзья, я бы, наверное, даже не возражал против своей казни. Жить престарелому чудаку, который еще больше века назад задумал основать теневую галактическую империю, и без правоохранительных строгих мер осталось недолго. Но если меня казнят по обвинению в убийстве невинной жертвы, то весь мой род навеки будет заклеймен позором. Моих дочь и внучку лишат всех унаследованных и приобретенных титулов, уволят с престижных и доходных должностей, конфискуют семейное имущество и отправят их в общежитие для бездомных, где в грязных каморках притесняются все те, кто пропил или проиграл свою никчемную жизнь. Тот, кто меня подставил, знает, что тем самым нанесет мне самый болезненный удар из всех возможных. Счастливое будущее потомков для меня дороже сохранности этого увядающего тела. Моя внучка Утилиттна – доброе и нежное существо. Она не должна пострадать из-за меня. Ей сделал предложение богатый аристократ, очень достойный юноша, а теперь свадьба может не состояться. Вы понимаете, как важно найти настоящего убийцу. Того, кто меня подставил. Вознаграждение будет очень щедрым.